Вилла в Ариции дала повод для разговоров на целый месяц.

Что мог Цезарь сделать еще? Воображение иссякло, кошелек опустошился.

К счастью, в это время скончался Метелл, верховный жрец. Цезарь возжаждал заполучить его должность любой ценой.

Положение было сложным: два сенатора, Сервилий Исаврийский и Катул, известные и влиятельные люди, выдвинули свои кандидатуры на этот пост.

Цезарь вышел на улицы и во всеуслышание объявил их своими противниками. Катул, очень боявшийся такой конкуренции, предложил Цезарю через своего человека четыре миллиона, лишь бы он снял свою кандидатуру.

Цезарь только пожал плечами.

— А что мне делать с этими четырьмя миллионами? — спросил он. — Мне нужно пятьдесят миллионов, чтобы расплатиться с долгами.

Итак, по собственному признанию, Цезарь в свои тридцать шесть лет имел долгов на пятьдесят миллионов!

Катул предложил ему через посредника еще два миллиона.

— Скажи Катулу, — ответил Цезарь, — что я надеюсь потратить двенадцать на то, чтобы выиграть у него этот пост.

Он использовал самые последние возможности, опустошил кошельки всех своих друзей и вышел к народному собранию всего с двумя или тремя миллионами. Он рисковал, но, к счастью, ему еще не изменила популярность.

Настал великий день. Мать проводила его до дверей со слезами на глазах. На пороге он поцеловал ее и сказал:

— Ах, мама! Сегодня ты увидишь своего сына либо великим понтификом, либо изгнанником.

Борьба была долгой и жестокой. В конце концов Цезарь одержал блестящую победу — только в трибах своих противников он набрал больше голосов, чем оба кандидата, вместе взятые. Партия аристократов проиграла. Как же высоко мог взлететь Цезарь, поддержанный народом?!

Тут настал момент, когда Пизон, Катул и те, кто был с ними, обвинили вдруг Цицерона в том, что тот не нанес удара Цезарю в связи с заговором Катилины.

Действительно, в это сложное для Цезаря время, словно гром среди ясного неба грянул заговор Катилины — одна из величайших катастроф в истории Рима, одно из великих событий в жизни Цезаря.

Посмотрим, каково же было положение дел в Риме, когда Каталина обратился к Цезарю со знаменитой фразой, так емко обрисовавшей ситуацию:

— Вижу в Республике голову без туловища и туловище без головы! Этой головой буду я!

Самыми влиятельными и заметными людьми в ту эпоху были, помимо Цезаря, Помпей, Красс и Цицерон. Помпей, прозванный столь незаслуженно еще при жизни Великим, был сыном Помпея Страбона и родился за 106 лет до нашей эры. Таким образом, он был на целых шесть лет старше Цезаря.

Он начал делать себе имя и добился славы во время гражданских войн. Будучи легатом при Сулле, он разгромил легатов Мария, вернул Риму Предальпийские территории, подчинил Сицилию, победил в Африке Домиция Рыжебородого и убил Карбона на Корсике.

В двадцать три года поднял три легиона, победил трех полководцев и вновь вернулся к Сулле. Сулла, которому было необходимо заручиться его дружбой, едва увидев Помпея, приветствовал его словом «Великий».

Так и осталось за ним это прозвище.

«Счастье подобно женщине любит молодых и терпеть не может стариков», — сказал Людовик XIV господину Вийерою, потерпевшему поражение в Италии.

Счастье улыбнулось Помпею, когда он был молод.

После смерти Суллы Рим перешел на сторону Помпея. Необходимо было завершить три начатые войны: с Лепидом, Серторием и Спартаком.

Война с Лепидом была не более чем игрой. Не велика птица был этот Лепид, но с Серторием, старым военачальником Мария, одним из четырех великих одноглазых античности — известно, что первыми тремя были Филипп, Антигон и Ганнибал, дела обстояли сложнее.