— Неужели? — Он казался искренне озадаченным.

— Да. Ровным счетом ничего.

— Сам я не вижу, сэр Эйбел, поскольку слеп, как вам известно. Только сейчас я чувствую… чувствую ее тяжесть. — Он сжал пальцы в кулак. — Вот! Вот она! — Он снова раскрыл ладонь, и теперь на ней лежала блестящая монета.

Я взял ее.

— Это медный фартинг, начищенный до блеска.

— Я знаю, сэр Эйбел. Это та самая монетка, которую я показал вам вначале, хозяин. Медная, только хорошо начищенная.

— Я много слышал о фокусниках, но до сих пор не встречал ни одного. Наверное, ты один из лучших.

Вил поклонился и поблагодарил меня.

— Теперь я должен потребовать назад золотую монету. Мы с Ури закончим через несколько минут. И тогда она вернет монету владельцу. Ты знаешь, где она, Ури?

Ури потрясла головой:

— Вам надо поколотить его, господин.

Вил вскинул руки, словно защищаясь от удара.

— Вы же не станете бить слепого человека, сэр Эйбел. Только не вы!

— Ты прав, — сказал я. — Не стану. Но я запросто вспорю ему живот, чтобы проверить, действительно ли он проглотил мою золотую монету. — Я вытащил кинжал таким образом, чтобы он услышал звук клинка, покидающего ножны. — Никто не называет меня Правдивым Эйбелом, но в данном случае я говорю истинную правду: я выполню свою угрозу. Отдай монету.

— Я спрятал ее под котом, сэр Эйбел.

Мани поднялся и отступил на два шага влево. На подоконнике лежала большая золотая монета Йотунленда, принесенная Ури.

Она взяла ее.

— Желаете рассмотреть и попробовать на зуб, господин?

Я помотал головой:

— Всецело полагаюсь на твое мнение.

— Вот так мы и действуем, сэр Эйбел. Только задача наша состоит в том, чтобы отправить зрителей за монетой куда подальше. Она находится вон под той телегой, говорим мы, или в сапоге вон того рыжего парня. Который, знаете ли, похож на человека, умеющего бегать резво. Если вы сделали все правильно, они верят вам и бросаются на поиски монеты, и пока они ищут, вы даете деру. Прячетесь, коли сможете. Я умел прятаться. Конечно, теперь не смог бы, но именно так я делал всякий раз, когда кто-нибудь приносил золотую монету.

— Безусловно, вы уже увидели достаточно, — промолвила Ури, — чтобы понять, почему девочка его боится.

— Увидел достаточно, но услышал недостаточно. Я поговорю с ним позже. Ты хочешь, чтобы я сию минуту отправился в Эльфрис?

Она кивнула.

— Чтобы сразиться с Кулили для тебя. Не так давно Баки хотела забрать меня в Эльфрис, чтобы я сразился с Гарсегом. Я не стану делать ни первого, ни второго, покуда не закончу свои дела здесь.

— Вы говорите, здесь пройдут годы, господин, но разница не такая большая, как вы думаете.

— Я приду, когда буду готов. И тогда сражусь с Кулили, как обещал. Если я останусь в живых, возможно, я поведу, а возможно, и не поведу вас на Гарсега, — я ничего не обещаю. А теперь положи монету на место.

Пока я говорил, Ури постепенно растаяла в воздухе и исчезла.

— Только между нами тремя, — сказал Мани, — и пока она не вернулась подсматривать и подслушивать, — вы действительно полагаете, что можете справиться с Гарсегом?

Я пожал плечами:

— Я убил Гренгарма.

— А он убил вас, дорогой хозяин.

Я невольно улыбнулся:

— Вот видишь, ты знаешь больше меня, Мани.

— Я даже не знаю, кто такая Кулили.

— И сегодня от меня не узнаешь.