Казалось, Воддет опешил:

— Я не собирался предлагать ничего подобного. Я просто хотел сказать, что мы с тобой — и с твоим братом тоже — можем сбавить шаг и присоединиться к сэру Леорту.

— Я не устала, — твердо заявила Хела. Однако ее вид свидетельствовал об обратном.

Я сказал, что оттепель наверняка скоро кончится.

— И мои силы тоже, сэр Эйбел?

Смешавшись, я ничего не ответил.

— Вы знаете… — Хела дышала на манер Гильфа, высунув язык, — … почему вы называете… моих предков инеистыми великанами?

— Конечно, — сказал я. — Потому что они начинают набеги с первыми заморозками.

— А разве не удобнее… воевать… летом?

Я попытался объяснить, что, по нашему мнению, они не могут покидать свою землю, пока не соберут урожай.

— Думаю… у меня есть объяснение получше…

Я немного придержал Облако, сказав Воддету, что мы слишком сильно оторвались от идущего позади отряда. Он согласился, хотя наверняка разгадал мою хитрость.

— Они не переносят жару.

Я ненадолго задумался. Древняя ночь — область тьмы, простирающаяся за солнцем, — есть страна Великанов зимы и древней ночи, и там царит вечная зима, как явствует из названия племени. Зима и мрак — ибо для них наше солнце всего лишь одна из звезд, хотя и более яркая, чем остальные.

Таким образом огромные глаза, подобные совиным, позволяют им видеть в темноте, а огромные, покрытые шерстью тела с толстой кожей защищают от холода.

Попросив Воддета ехать медленнее, я отправился переговорить с Мардером.

— Нам не стоит опасаться погони по такой теплой погоде, ваша милость. Хела и Хеймир еле поспевают за нами, хотя они наполовину люди. Будет хуже, если наши лошади выбьются из сил. Вчера мы их совсем загнали.

— Я думал то же самое. Ангриды перережут нас, как кроликов, коли настигнут нас, когда наши лошади выдохнутся.

— Согласен с вами, ваша милость. Целиком и полностью.

— Тогда останавливайтесь там, где найдете воду и траву.

Мы так и сделали в самом скором времени, хотя не нашли бы места для стоянки, если бы не Хела, сообщившая нам о нем. Оно находилось немного в стороне от Военной дороги, каковое обстоятельство являлось дополнительным плюсом — идти по следу ночью по силам лишь охотничьему псу, и, не обладай наши преследователи острым зрением, они наверняка прошли бы мимо. В таком случае на следующий день мы напали бы на них сзади на свежих лошадях. Анс и Поук обустраивали стоянку, пока я расседлывал Облако, а Мани вызвался забраться на дерево (высокие деревья встречаются в Йотунленде редко, но там оказалось несколько) и нести дозор, ибо коты, сказал он, видят в темноте почти так же хорошо, как ангриды.

Люди Воддета сами поставили палатки, пока Хеймир и Хела лежали пластом на чистой мягкой траве, обливаясь потом.

Анс отправился к костру Свона взять огня для нас, ибо, похоже, Вил умел с необычайной ловкостью разжигать костры, каковую способность я счел удивительной для слепого человека.

— Да тут нет ничего особенного, хозяин, — объяснил Анс. — Вы смотрите, не идет ли дым. Я тоже так делаю. А Вил чует запах и принимается дуть и ждет, когда потянет теплом.

Подошла Идн в сопровождении Бертольда, несшего складной стул. Я научил Анса и Поука опускаться на одно колено и наклонять голову должным образом, приветствуя королеву. Гильф отвесил поклон на свой манер; мы называем собачьи поклоны ползаньем на брюхе, хотя на самом деле это просто выражение учтивости.

— Встаньте, добрые люди. — Идн одарила всех нас улыбкой.