– Тевилла! – шёпот Гломер был едва слышим. – Это один из демонов Невина?

– Нет, этот человек из плоти и крови. И, кстати, очень реальной плоти и крови. А теперь послушай, девушка. Я сама не знаю, почему, но многие женщины реагируют на этих мужчин, как кошки на кошачью мяту, а у них совершенно нет чести в том, что касается женщин. Оставь его в покое, а то мы окажемся с ещё одним младенцем на руках.

Тевилла взяла девушку под руку и уверенно повела её прочь, но раз или два Гломер оборачивалась – украдкой, с неохотой, словно ничего не могла с собой поделать. Тевилла только надеялась, что Калондериэль этого не заметил.

Когда Каллин вернулся во второй половине дня, то принёс с собой серебряную брошь для помолвки, так хитро сделанную из двух переплетённых и закрученных спиралью проволочек, что они казались единой полоской. Он также привёл с собой жреца культа Бела, который немного позднее, вечером, объявил о предстоящем бракосочетании в большом зале, когда члены боевых отрядов и слуги собрались там ужинать и пить эль. Когда капитан приколол брошь к платью Тевиллы, его подчинённые стали поздравлять их обоих, и все присутствующие присоединились к ним, от чего Тевилла покраснела, как девушка. Однако Каллин казался странно отрешённым, его лицо не выражало ничего, глаза смотрели вдаль. Он безмолвно наблюдал, как его невеста снимает чёрный платок и трясёт головой, словно физически сбрасывает ношу вдовства. Позднее, когда Тевилла узнает его получше, то вспомнит его внешнюю отрешённость и поймёт, что чувства кипели у него внутри: он напоминал кубок, из которого вот-вот через край перельётся мёд.

– Если какой-то мужчина или женщина знают о причине, которая может воспрепятствовать этому браку, то пусть выйдет вперёд сейчас или лично придёт ко мне в храм завтра утром, – крикнул священник, перекрикивая общий шум. – Если этого не произойдёт, бракосочетание состоится завтра в полдень.

– В полдень? – выпалила Тевилла. – Завтра?

– Почему нет? – спросил Каллин. – Разве я молоденький мальчик, которому нужно долго прощаться со своей матушкой?

При этих словах она могла лишь рассмеяться и почувствовала себя гораздо лучше. Тем не менее, как только позволили приличия, она сбежала и отправилась на кухню, чтобы поговорить с Бейной, которая молола в ручной мельнице поджаренный овёс для завтрашней каши. Пока они беседовали, Тевилла взяла деревянную ложку и стала перекладывать крупу в котёл.

– Я рада за тебя, Тевва.

– Спасибо. Наш Каллин определённо не теряет времени после того, как примет решение.

– Однако он хороший человек. Я также рада и за него. – Бейна сделала паузу, положила тяжёлую каменную мельницу, чтобы поправить выбившуюся из-под чепца прядь волос. – Регентша недавно вызывала меня к себе. У нас завтра будет хороший пир.

– О, тебе не следует перетруждаться. Глупо столько беспокоиться о втором браке.

– Мне так не кажется, нет. Мне совсем не в тягость эта работа. Нисколько. Всем нужно немного веселья, чтобы поднять настроение.

Поскольку Тевилле требовалось наставить Гломер относительно её новых обязанностей, следующее утро прошло быстро, и у неё не было даже времени подумать о своём предстоящем бракосочетании. Тем не менее, наблюдая за тем, как девушка играет с Роддой, она обнаружила, что вспоминает день своей первой свадьбы. Поскольку отец нашёл ей мужа в другой деревне, Тевилла едва его знала и все утро то рыдала, то хихикала. Теперь, когда Каллин появился в дверном проёме, она только улыбнулась ему.