— Нет смысла спрашивать, кто его новый хозяин, — мрачно заметил Саламандр. — Никто не скажет правды.

— Что нам теперь делать? Сидеть и ждать, не удастся ли услышать что-то интересное?

— Не уверен. Я…

— Гертсин! Гертсин Саламандр! Клянусь адом, неужели это ты?

К ним спешил темноволосый мужчина, довольно полный, с длинной черной бородой, заплетенной в шесть аккуратных косичек.

— Снилин, о самая прекрасная из крыс! Неужели ты все еще жив?

— Да, и рад видеть тебя, парень. Привез для нас новые хорошие рассказы?

— Да, но на этот раз я также привез и телохранителя.

Раскатисто засмеявшись, Снилин шлепнул Джил по спине.

— Он — осторожный тип, твой наниматель, — Снилин улыбнулся, продемонстрировав отсутствие нескольких зубов.

— Но он ведь прав. Никогда не знаешь, что ребята выкинут, когда напьются. Когда они трезвые, то очень уважительно относятся к человеку, умеющему рассказать интересную историю, но когда напьются… ну…

Он пожал огромными плечами.

— Пошли выпьем за мой счет, Саламандр, и серебряного кинжала тоже бери.

Они отправились в любимую таверну Снилина. Стол выбирал Саламандр, чтобы сидеть спиной к стене и одновременно из окна видеть улицу. Растрепанная, неряшливая, толстая, краснощекая блондинка принесла кружки с темным элем и остановилась, мечтательно оглядывая Саламандра. Она топталась на месте, пока Снилин не отослал ее прочь, шлепнув по заду.

— Ей охота поглядеть не на твой болтливый язык, а на кое-что другое, гертсин, — пират рассмеялся собственной шутке. — Так когда ты приехал?

— Сегодня. Мы остановились в гостинице Думрика, потому что, когда я нахожусь в Слайте, мне хочется жить на отшибе.

— Правильная мысль. А что тебя сюда привело, если я могу спросить?

— Ну, это странное дело. Я высоко оценю твой совет. Мы ищем еще одного серебряного кинжала. Когда я спросил о нем Думрика, он не пожелал ничего рассказывать. Позволь мне спросить и тебя. От тебя не требуется ответа. Просто скажи, не стоит ли мне забыть об этом парне и никогда больше о нем не спрашивать.

— Договорились.

— Его зовут Родри из Аберуина.

— Попридержи язык. И даже не спрашивай почему.

— Раз ты говоришь, попридержу, — Саламандр предупредительно толкнул Джил в бок. — Спасибо.

Саламандр начал болтать со Снилином, но Джил вся кипела, хотя и сидела молча. Она хотела вырвать меч из ножен, угрожать им, резать и рубить, выбивая правду из этого нечесаного племени. Саламандр заказал эль и заплатил за всех по второму кругу, потом выпил третью кружку, на которую его уговорил Снилин, но оставался трезвым, как может только эльф. Саламандр рассказывал шутку за шуткой, Снилин смеялся до слез, и вскоре вокруг них уже собралась толпа, которая с удовольствием слушала запутанное и анатомически невозможное повествование о кузнеце и дочери мельника.

— Итак, его молот ходил вверх и вниз, — закончил Саламандр. — И полностью выпрямил ее подкову.

Подвывая от смеха, Снилин хлопнул Саламандра по спине так сильно, что гертсин чуть не свалился со скамьи. Бормоча извинения, он схватил Саламандра за плечи и усадил назад. Гертсин дружески обнял его и прошептал ему что-то на ухо. Хотя Джил видела, как Снилин вначале вздрогнул, потом он прошептал ответ.