|
На полу, вокруг костра, съежившись, сидели фигуры, на всех было то, что казалось похожим на одежду из оленьих шкур. Они задвигались, поглядели в сторону арочного входа, и Михаил увидел, как у них заблестели глаза. – Подведи его поближе, – сказал человек в кресле, сидя на границе света от костра и тьмы. Рената ощутила, как дрожит ребенок. – Смелее, – шепнула она и подтолкнула его вперед. Глава 4 Человек, названный Виктором, сидел, с нетерпением глядя, как мальчик появляется в красноватом свете. Виктор был покрыт одеждой из оленьей шкуры, высокий воротник ее был из белого меха зимнего зайца. На ногах сандалии из оленьей шкуры, на шее – ожерелье из мелких косточек. Рената встала рядом, держа рукой Михаила за здоровое плечо. – Его зовут Михаил, – сказала она. – Фамилия… – Здесь нет фамилий, – оборвал ее Виктор, и тон его голоса выдавал привычку требовать повиновения. Его янтарные глаза блестели отраженным огнем, когда он осматривал Михаила от грязных ботинок до спутанных черных волос. В то же самое время Михаил изучал того, кто, казалось, представлял власть подземного мира. Виктор был крупный мужчина с широкими плечами и бычьей шеей. Голова в форме желудя была лысой, и у него была борода, закрывавшая почти всю грудь. Михаил заметил, что под одеждой на мужчине не было никакого белья. Лицо Виктора состояло из костлявых углов и резких морщин, нос был острый, с оттопыренными ноздрями. Его глубоко посаженные глаза не мигая уставились на Михаила. – Он слишком юн, Рената, – сказал кто-то другой. – Выбрось его обратно. Послышался взрыв хохота, и Михаил поглядел на остальных присутствующих. У человека, сказавшего это, – тоже почти мальчика, около девятнадцати-двадцати лет – были темно-рыжие волосы; заглаженные назад и открывавшие юношеское лицо, они свободно росли до плеч. Ему было неудобно поворачиваться, потому что, будучи тонкокостным и хрупким на вид, он почти тонул в своей одежде. Рядом с ним сидела худая молодая женщина, почти одного с ним возраста, у нее были волнистые темно-каштановые волосы и неподвижные серо-стальные глаза. За костром, напротив Михаила, сидела женщина с белокурыми волосами. Неподалеку от нее ссутулился другой мужчина, этому вероятно было лет около тридцати, он был черноволосый, с явно азиатскими монголоидными чертами лица. Позади костра лежала скрючившаяся под кучей одежды фигура. Виктор наклонился вперед. – Расскажи нам, Михаил, – сказал он. – Кто были те люди и как ты оказался в нашем лесу? Нашем лесу, подумал Михаил. Такое было странно слышать. – Мои… Мама и папа, – прошептал он. – Моя сестра. Все они… – Мертвы, – без эмоций сказал Виктор. – Убиты, судя по их виду. У тебя есть родственники? Люди, которые будут тебя искать? Дмитрий, было первой мыслью. Нет, Дмитрий был там, у озера, с ружьем в руках и не поднял его против убийц. Поэтому он тоже должен быть убийцей, хотя и молчаливым. Софья? Она одна ни за что не пойдет сюда. Убил ее Дмитрий или она тоже была молчаливой убийцей? – Я не… – голос у него дрогнул, но он взял себя в руки. – Я думаю, что нет, сударь, – ответил он. – Сударь, – поддразнил рыжеволосый юноша и снова захохотал. Взгляд Виктора метнулся в его сторону, глаза сверкнули, как медяки, и смех оборвался. – Расскажи, Михаил, свою историю, – пригласил Виктор. – Мы… – это было трудно сделать. Воспоминания резали, как бритвы, и ранили глубоко. – Мы приехали на пикник, – начал он. Потом рассказал про улетевшего змея, револьверные выстрелы, свое бегство в лес и терзавших тела волков. Слезы ползли по его щекам, и в пустом желудке бурчало. – Проснулся я тут, – сказал он. |
