|
Джон-Том мог лишь надеяться, что скальный приют даст своим обитателям ту надежную защиту, на которую они рассчитывали. Последняя из лемуров с любопытством глядела на путешественников, тем временем ее сова нетерпеливо царапала землю. Солнце вынырнуло из-за восточных утесов, и дремота уже на три четверти прикрыла огромные глазищи. - Мне бы хотелось еще кое-что узнать. Как вы, теплоземельцы, надеетесь проникнуть в Куглух? - Переодетыми, - уверенно ответил Клотагорб. - Что-то вы не похожи не броненосных, - засомневалась лемуриха. Клотагорб погрозил ей пальцем и убежденно заявил: - Уверенность - лучшая маскировка. Мы будем защищены уже тем, что броненосные не предполагают возможности нашего появления. А уверенности поможет и магия. Лемуриха пожала плечами. - По-моему, все вы глупцы, отважные глупцы, и скоро станете мертвыми глупцами. Но мы покажем прядильщикам путь. Покажем и вам, если вы так уж рветесь к смерти. - Она поглядела вверх. - Вот и ваши проводники. К ним спустились две совы. Одна направлялась к ожидающему Анантосу. Прощаясь, прядильщик слегка дрожал. - Встретимся прямо у Врат, - сказал он, - то есть встретимся, если я сумею выжить в этом путешествии. Высоты я не боюсь - просто не приходилось еще бывать в таком месте, где нельзя прицепить паутину. К облаку ее не привесишь. Паук взобрался на спину совы, помахал им ногами. Сова несколько раз переступила, хлопая могучими крыльями, а потом взмыла в утренний воздух. На голове филина был темный козырек - чтобы не слепило глаза. Они глядели им вслед, пока крылья не превратились в тонкую черточку на горизонте. Рядом оказалась небольшая сычиха в черно-пурпурно-желтой юбочке. - Я - Имахооо, - без всякого намека на любезность проинформировала она. - Давайте побыстрее. Я покажу вам дорогу - на два дня вперед - и хватит. А потом справляйтесь сами. Оставшаяся на земле лемуриха поднялась в седло. - Я все-таки считаю вас дураками. - Она широко ухмыльнулась. - Но многие храбрые дураки преуспевали там, где отступал осторожный гений. Счастливого полета. И, попрощавшись взмахом руки, она поднялась вверх, уносимая крылатым конем. Оставшиеся в одиночестве облаченные в теплую одежду путешественники проследили за полетом последней пары, тоже исчезнувшей в гематите. Потом Имахооо взлетела и направилась к югу. Они последовали за ней. Еле заметная тропа вела их все ниже. Ровный спуск приятно контрастировал с мучительным подъемом к Железной Туче. Через день после того, как Имахооо оставила их, путники начали снимать теплую одежду. Вскоре они вновь оказались среди кустов и деревьев, и память о заснеженных краях начала меркнуть. Джон-Том, умеряя шаг, держался возле Клотагорба. Волшебник находился в великолепном настроении и не обнаруживал никакой усталости после недель ходьбы. - Сэр? - Да, мой мальчик? Вверх глянули глаза из-за темных очков. Джон-Том разом почувствовал нерешительность. Вопрос, казавшийся весьма простым, не шел с языка, старался остаться непроизнесенным. - Значит, так, сэр, - наконец выдавил он. - У нас - в моем мире - известно определенное умственное состояние. |
