— Это же ущелье. Во имя Богини! Земля такая унылая и однородная, что обе его стороны практически сливаются.

— Этот оптический обман человеческие матери новых фоморианцев использовали больше ста лет назад, когда отчаянно пытались найти безопасное место, где могли бы поселиться.

— Новые фоморианцы?

— Так они себя называют, — пояснил Кухулин, на что Бригид лишь фыркнула. — Ветер дует оттуда.

Воин указал на исчезающий хвост Фанд, пустил коня в легкий галоп и остановил его на самом краю ущелья, там, где земля уходила вниз. Бригид встала рядом с ним. При виде ущелья у нее перехватило дыхание. Казалось, великан взял топор и вырубил огромный клин из промерзшей скалистой земли. Стена, на которой они стояли, была выше, чем противоположная сторона каньона. А сам каньон был глубиной как минимум двести футов. Посреди долины текла небольшая речка. На более пологой северной стене каньона разместилась группа круглых строений. Бригид различила вдалеке какие-то фигурки и попыталась разглядеть крылья тех, кто называл себя новыми фоморианцами. Они перемещались между круглыми домами, фермами и низкими приземистыми постройками, которые могли быть загонами для скота.

Кентаврийка почувствовала взгляд Кухулина и сказала:

— Человеческие женщины сделали мудрый выбор. В каньоне есть убежище и вода. Я даже вижу кое-что, что может послужить маскировкой, например деревья. Если бы я была с ними, то тоже посоветовала бы выбрать это место.

На самом деле Бригид думала иначе. Она рекомендовала бы матерям перерезать глотки своим детям-чудовищам и вернуться в Партолону, на родину. Но эту мысль охотница благоразумно решила оставить при себе.

— Это суровая земля. Я удивляюсь тому, как они прижились здесь. Я думал, что... — Кухулин запнулся, словно пожалел, что заговорил об этом.

Бригид поглядела на него с неприкрытым изумлением.

Ку откашлялся, направил коня по тропинке, круто уходящей вниз, и посоветовал:

— Смотри, куда ступаешь. Сланец скользкий.

Бригид последовала за Кухулином, удивляясь изменениям, произошедшим в нем.

«Это все из-за смерти Бренны или же что-то произошло здесь, в Пустоши? Даже если бы он не был моим другом, я все равно разузнала бы об этом ради своей предводительницы».

4

Первый новый фоморианец, которого увидела Бригид, делал нечто совершенно неожиданное. Он смеялся. Охотница услышала его прежде, чем увидела. Смех, сопровождаемый имитацией рычания и ворчанием маленькой волчицы, привел их прямо к нему.

— Они любят Фанд, — шепотом объяснил Кухулин.

Воин и охотница спустились вниз, обошли грубую голую скалу и увидели крылатого человека, который растянулся на спине посреди тропы. Высунув язык и раскрыв пасть, словно улыбался, волчонок упирался лапками прямо ему в грудь.

— Фанд повалила меня, Кухулин. Она растет так быстро, что мы и оглянуться не успеем, как эта малышка станет настоящим волком, — усмехнулся он, почесав загривок зверушки, а потом поднял глаза, увидел кентаврийку и обомлел от изумления.

— Фанд, ко мне! — приказал Кухулин.

На этот раз волчица повиновалась, спрыгнула с груди крылатого существа и подбежала к хозяину.

Обитатель ущелья быстро встал и отряхнул с одежды грязь и снег, не сводя своих огромных глаз с Бригид.

— Гарет, это...

Взволнованный голос прервал его:

— Охотница Бригид! Это она, верно?

— Да, Гарет. Это охотница клана Маккаллан, Бригид из табуна Дианны.

Гарет быстро и неловко поклонился, и кентаврийка поняла, что видит всего лишь высокого неуклюжего юнца, который уставился на нее с явным восхищением, преисполненным благоговейного страха.

— Рад тебя видеть, Бригид! — выдохнул Гарет, и его голос дрогнул.

Охотница услышала, как вздохнул Кухулин, сдержала улыбку и поздоровалась:

— Рада тебя видеть, Гарет.