Пещеру они отыскали, и там Павла поджидало разочарование. Урожай в ней уже созрел, но теперь он валялся на полу. Кристаллы оказались разбитыми на мелкие осколки, которые собрать манипуляторами МКП было нереально. Однако в зале обнаружилось другое сокровище. Сразу четыре тележки смело в угол зала, где они и висели, сцепившись друг с другом.

– Так, объявляю привал. Всем экипажам покинуть боевые машины с плазменными резаками наперевес. Разбирайте тележки. Режьте аккуратнее! Нельзя повредить двигатели!

Сам Павел из МКП вылезать не стал. Пока его бригада «разрушителей» гурьбой с резаками в руках ринулась к тележкам, он направился к выходу из пещеры. И застыл возле него, охраняя свой взвод.

Четыре тележки – четыре переоборудованных для левитации МКП. Трофей для первого же похода очень впечатляющий и значимый. Пещера для обороны подходила идеально. Один вход. Один выход. Который, кстати, желательно проверить и зачистить, если потребуется, но без подстраховки это делать глупо. Оторвав от разделки тележек одного пилота и приказав ему залезть в МКП, Павел вместе с ним двинулся исследовать лежащий впереди коридор. Не заметить взрыв таких масштабов прото-программа не могла, а значит, но тоннелям уже несётся стадо вертушек. И часовые готовы их встретить – Павел с бойцом из своего взвода шли по проходу плечом к плечу. На стенах уже начали появляться уцелевшие кристаллы, но к их сбору следовало приступать, только убедившись в отсутствии врага.

– Швецов и Березов обнаружили богатые залежи, начинают сбор, – сообщил по рации Уваров.

– У нас тут тоже богато. Ещё немного разведаем и тоже начнём, – ответил Павел.

В идеале все три группы должны закончить налёт и возвратиться на базу одновременно. Все доступные «стрекозки» были подняты в воздух, дроны прочёсывали пространство между взводами и Заставой. Пока противник в этой зоне обнаружен не был, но стоило поторапливаться, чтобы вернуться, не ввязываясь в бой. Полковник хотел свести возможные потери к нулю. К атаке на пирамиду Застава должна была иметь максимально возможное количество исправных боевых машин в строю.

Однако в любой войне планы строят как минимум две стороны. И иногда действия одной приводили к тому, что разработанная стратегия другой катилась к чертям.

– Чисто! – сообщил Павел на канале взвода, глядя на прямой пустой участок тоннеля. – Парни, как только закончите разделку тележек…

Глаз еле уловил движение, в конусе света от прожектора промелькнуло серебристое веретено. У Павла сработал рефлекс «сначала стреляй, а потом разбирайся». Но он даже не успел поднять орудие – объект приближался слишком быстро. И врезался он в стоящий рядом «Мухтар». Павел впервые увидел вблизи взрыв подземной торпеды. Взрыв без взрыва. Гравитационный удар, разорвавший стоявший рядом МКП пополам и отшвырнувший «Мухтар» Павла, как плюшевого мишку.

– Торпеды! Внимание, противник применяет подземные торпеды! – проорал Павел, только начиная подниматься. Надо было срочно предупредить своих о новой угрозе. А уже потом бежать к обломкам МКП и определять, удалось ли выжить пилоту.

У пострадавшего мобильного комплекса оторвало ноги и нижнюю часть корпуса. Но увидеть, цел ли кокпит, Павел не успел.

– Звуковая метка! – выкрикнул предупреждение Уваров. – К вам идёт ещё одна торпеда!

Звуки, оптические образы и электромагнитные сигнатуры объектов, представляющих опасность, были загружены в библиотеку мобильного комплекса.