Еще прошлым вечером у Игоря были сомнениям нужно ли проводить очную ставку? Часто случается, что более сильный в психологическом плане человек подавляет слабого, заставляя его если не отказаться от показаний, то хотя бы изменить их.

Вторая опасность — возможность невидимого сговора, глазами, условными жестами, кодовыми словами, как угодно. Ведь не исключено, что Чернов и Ярошенко на самом деле знают друг друга гораздо ближе, чем кажется, и во имя каких-то там своих целей всячески скрывают эту близость.

— Я бы не советовала тебе… — сказала Дежкина, когда Игорь поделился с ней своими тревогами. — Рановато… Но давить на тебя не буду, не маленький. Думай сам.

И Порогин решил рискнуть. По его мнению, это был единственный способ вывести Хлыста на чистую воду. С Ярошенко все было предельно ясно, тогда как против Чернова имелись только косвенные и отнюдь не железные доказательства. Хорошо хоть, удалось пробить продление его задержания до тридцати суток.

Игорь всерьез рассчитывал на счастливый случай, на то, что в какой-то момент у Чернова-Хлыста не выдержат нервы и он сорвется.

— Знакомы ли вы с этим человеком?

— Да, — кивнул Ярошенко. — Это Чернов.

Протоколист застучал по клавишам пишущей машинки. Адвокаты подследственных, сохраняя молчание, напряженно вслушивались.

— А вы? — Порогин обратился к Григорию.

— Знаком.

— Это было чисто случайное знакомство или же вас связывало нечто большее? Например, давняя дружба, деловые контакты… Вопрос к обоим.

— Чисто случайное, — Чернов рассматривал свои ладони, сложенные лодочкой на коленях. — Наши кабинеты рядом, буквально дверь в дверь… Никакой дружбы не было…

— Я не знаю, — в отличие от своего оппонента майор Ярошенко держался с большей уверенностью и голос его звучал громче. — Теперь уже не знаю…

— Не совсем понятно, Александр Дмитриевич. Поясните ваши слова.

— Ну-у-у я же вам уже все рассказал…

— Расскажите еще раз, нам некуда торопиться.

— Я имел в виду, что… Вы уж простите, Григорий Михайлович, — Ярошенко виновато посмотрел на Чернова. — Но в связи с последними событиями и самыми свежими новостями… В общем, я бы не поклялся на Библии, что вы не Хлыст.

Поймав на себе подавленный взгляд Чернова, его адвокат многозначительно прокашлялся.

«Так-так, Ярошенко будет посильней, — обдумывая следующий вопрос, заметил самому себе Порогин. — Даже речь, свою разбавляет фразочками из западных кинофильмов. Впрочем, ему и терять-то нечего. А вот Чернов может оказаться неплохим актером. Невозмутимый тип…»

— А в чем бы вы поклялись на Библии?

— В чем надо, в том уже поклялся, — фальшивенько улыбнулся Ярошенко. — Мне больше нечего добавить к прежним показаниям. Или вы хотите, чтобы я ткнул ему пальцем в грудь и сказал: «Да, это Хлыст»? Так не скажу, клеветы не дождетесь.

— Значит, вы никогда не видели Хлыста в глаза, я правильно вас понял?

— Правильно.

— И как же вы с ним общались?

— Я бы рад был не общаться, но…

— Отвечайте на вопрос.

— Связь была односторонняя, по телефону. Он звонил мне.

— Как часто?

— По-разному, это зависело от его планов. Для меня его звонок всегда был сюрпризом.

— Это был голос одного и того же человека?

— Да.

— Хлыст звонил вам домой?

— Да, только домой.