— Я подвернул ногу!

— Быстрее! — Наташа уже волокла своего капризничающего компаньона ко входу в подземное убежище.

В катакомбах, женщина была убеждена, они окажутся в безопасности. Ни один сумасшедший не рискнет последовать за ними в лабиринт, по крайней мере пока не наступит рассвет. Для того, кто не знаком с расположением древних нор, попытка преследования наугад обернулась бы верной смертью.

В темноте и спешке Наташа не сразу выбрала верную дорогу к катакомбам. Она потеряла лишь несколько секунд, но секунды эти были решающими.

Из темноты вынырнули несколько крепких фигур и направились к беглецам, отрезая дорогу.

— Мы пропали, — конючил Граф, — это все ты виновата!..

Наташа понимала, что теперь-то они действительно оказались в западне. Она опустила руку в карман и, развернув платок, нащупала холодную вороненую сталь.

— Не подходите, — крикнула она внезапно охрипшим голосом, — я буду стрелять!..

Кажется, преследователи не вполне поверили; во всяком случае, хотя темп их шагов замедлился, Наташа различала, что кольцо продолжает сжиматься.

И тогда она резким движением извлекла из кармана табельный пистолет и, высоко подняв руку над головой, нажала на курок.

Полыхнул выстрел, мгновенной вспышкой осветив все вокруг.

Наташа увидела и освещенную зловещим пламенем каменистую нишу, в которой сейчас находились беглецы, и темнеющий невдалеке провал — вход в катакомбы, который был отрезан несколькими кряжистыми фигурами.

Преследователей оказалось больше, чем Наташа рассчитывала, и, конечно, вдвоем справиться с этой шайкой было невозможно.

— Я буду стрелять! — повторила молодая женщина, направив оружие в темноту, откуда доносились осторожные приближающиеся шаги.

В ответ, просвистев мимо уха, пролетел увесистый булыжник. Наташа едва успела отклониться.

— Они забьют нас камнями, — шепнул Граф.

— Может, и забьют, — согласилась Наташа, — но не раньше, чем я израсходую на них все патроны…

— А сколько осталось патронов?

— Пять.

Граф, как видно, хотел прокомментировать этот факт, однако ограничился одним лишь скорбным покачиванием головы.

Внезапно из темноты, в трех шагах от оказавшихся в западне путешественников, вынырнула плечистая фигура.

Граф успел вскрикнуть, а фигура занесла над головой огромную совковую лопату.

Выставив вперед руку, Наташа всадила в здоровяка три пули подряд. Лишь после этого, покачнувшись, тот упал на землю, прямо к их ногам.

Лопата звонко ударилась о камни.

— Ой, батюшки, — простонал Граф, с ужасом глядя на бездыханное тело, — ой, батюшки!..

— Ну, Эдуард Владимирович, давайте прощаться, — бесцветно проговорила Наташа, озираясь по сторонам, — теперь-то нам точно крышка…

— Бросай оружие, сука! — рявкнул из темноты хриплый голос.

Наташа развернулась и выстрелила в ту сторону, откуда он донесся.

Она услыхала крик и шум падения на камни тяжёлого предмета.

— Кажется, попала! — шепнул Граф с неожиданным азартом.

— Осталась последняя пуля, — сказала Наташа.

Вдруг — это было похоже на звук взрыва, настолько казалось неожиданным, — воющая сирена разорвала ночную тишину.

Граф растерянно втянул голову в плечи:

— Ч-что это?… Что это такое?

Наташа вслушивалась в волнами накатывавшее завывание, приближавшееся с каждой секундой, будто не до конца веря в происходящее.

Наконец она встряхнула головой и произнесла:

— Это наше спасение, Граф.