во что вляпался. Это опасно. Может выйти из-под контроля — такое случается сплошь и рядом, когда

 переписка ведется по электронке. Тебе повезло, что один только Омар попросил твой номер банковского

 счета...

 Я молчал.

 И тут Иана осенило.

 —  Значит, не один только Омар, да? Боже, Дэнни, нет... Кто еще интересовался номером твоего счета?

 Дело в том, что просьбы сообщить номер моего счета в банке я неожиданно получил от множества людей.

 Видимо, весть о моей готовности помочь Омару, сыну убитого султана Омана, распространилась в королевских

 кругах.

 За несколько дней, миновавших с тех пор, как мы с Омаром впервые обменялись посланиями по электронной

 почте, ко мне обратились такие люди, как Его светлость шейх Иса Бин Сулман Аль-Халифа, эмир Бахрейна,

 который, очевидно, слышал обо мне много хорошего и потому захотел, чтобы я управлял его недвижимостью

 за границей в обмен за долю в капитале $ 120 миллионов.

 Еще поступила просьба от короля Асиама Окофонахи, правителя селения Азиам, расположенного в глубине

 Аккры, где живут местные племена, и праправнука могущественного легендарного воина Окофонахи. Королю

 Асиаму только что сообщили, что ему осталось жить месяц. Весть о скорой кончине не сломила его дух, но он

 все же решил не оставлять свое огромное состояние сыновьям, потому что те только и делают, что «нюхают

 наркотики и распутничают». Однако он с радостью готов отдать свои деньги случайному незнакомцу вроде

 меня — при условии, что я пообещаю не тратить их на наркотики и распутство. В постскриптуме он попросил,

 чтобы я приехал в Гану и привез с собой много денег — ну, вы понимаете, — на всякие подготовительные

 операции и все такое.

 Вот это, наверное, уж точно мошенники.

 Нет. Подождите. Верь в «да».

 —  Так, ладно, — произнес Иан, потирая переносицу, как это делают чуть утомившиеся учителя, которые

 носят очки, — просто чтобы показать, что им твоя судьба не безразлична и что они гораздо разумнее тебя. — А

 тебя не насторожило, что все короли, эмиры и герцоги Хаззарда ни с того ни с сего стали писать тебе, говоря, что ты их спаситель, и упрашивая дать им номер твоего банковского счета?

 —  Ну да, я подумал, что это несколько необычно, но оптимизм...

 —  Необычно? Дэнни, они представляются миллиардерами, а переписываются с тобой по электронке и

 пользуются услугами провайдеров бесплатной электронной почты!

 Я насупился. Что во мне такого, что, по мнению Иана, должно отталкивать от меня султанов, эмиров и

 королей?

 —  Послушай, — сказал я. — Когда Омар, сын убитого султана, явится сюда в добром здравии и вручит мне

 мою долю от сорока миллионов долларов...

 —  Кому ты послал свои данные?

 —  Пока никому... Я, пожалуй, пошлю всем одновременно...

 —  Сдурел?!

 —  Вовсе нет! Просто Омар первым обратился. Он должен...

 —  Дэн. Ну-ка скажи мне адрес электронной почты Омара.

 Иан смотрел на меня — сурово так смотрел. Я попытался что-то сказать, но он поднял палец, и я почему-то

 испугался.

 —  Если ты говоришь, что не можешь сам выпутаться из этого, Дэн, тогда я вынужден вмешаться — пока

 парочка султанов не избила тебя в номере голландской гостиницы...

 Я молча кивнул. Иан опустил палец.