«Жил у родственников за границей, вернулся две недели назад, паспорт ещё не получил, зато у меня вот что есть…» На международные водительские в среднем уходит два часа восемнадцать минут.

Приношу в управление автомобильным транспортом свидетельство о рождении и служебное удостоверение, а они требуют карточку соцстраха и спрашивают, почему не получил права раньше.

«Жил у родственников за границей, вернулся две недели назад, паспорт ещё не получил, зато у меня вот что есть…»

«Сидел в тюрьме».

«Меня лишили прав за вождение в нетрезвом виде, это случилось в Аризоне четыре года назад».

«Всю жизнь прожил в Нью-Йорке».

У меня целая пачка чистых налоговых деклараций разного образца, свидетельств о крещении, карточек табельного учёта, тридцать пять почтовых ящиков, три печатные машинки, несколько вариантов резюме, старые книги большого формата, «штрих», ламинатор, печати, валики, специальный аппарат для фотографий на паспорт, хирургические перчатки и старые перьевые ручки.

Я выписываю журналы, беру напрокат кассеты, хожу в библиотеки, активно развивая воображаемые хобби. Никогда не голосую, не подписываю петиции, по возможности не участвую в переписях населения.

Да, я параноик, а ещё я преступник и жертва преступлений, распоряжений суда и направлений на принудительное лечение. Моя паранойя больше, чем просто сумма её составляющих, поэтому я появляюсь и исчезаю по своему усмотрению.

После каждого этапа я делаю паузу, наслаждаюсь работой, глядя, как из разрозненных кусочков получается единое целое, будь то на листе бумаги или в моих замыслах. Убираю со стола, делаю дорожку, потом ещё одну, потом ещё, снова раскладываю документы и наслаждаюсь своей работой. Свидетельство о рождении. Служебное удостоверение. Свидетельство о крещении. Номер социального страхования. Адрес. Водительские права. Банковский счёт. Чек. Карточка. Экономика в стране стабилизируется, так что оформить кредитку сейчас куда легче, чем пару лет назад.

Недавний передоз? Это был не я. Направление на принудительное лечение? Так его тоже не мне выписали. У кого в моче марихуана? Кто заснул за рулём? Кто вылетел с работы? Чур не я. не я, не я, не я! Вы меня с кем-то путаете!

Я не боюсь быть пойманным; я боюсь быть пойманным дважды. Вообще-то эксперт может не поверить и в первый раз; тогда задержат для принудительного обследования на семьдесят два часа, в течение которых государство будет беречь от городских улиц, напастей и себя самого. Но стоит попасться снова — любой клерк сопоставит имена, а сарафанная связь, приведённая в действие подарками и взятками, соединит окружную тюрьму с офисом Джимми, и не прожить мне семидесяти двух часов.

В один прекрасный день могут арестовать Джимми иди его Начальника. За других отдуваться никому не хочется, и с горы скатывается огромный булыжник вины. Все пальцы показывают вниз, «понятия» легко обмениваются на срок покороче или камеру получше, и в конце концов кто-нибудь выдаёт «рыжего дьявола с осьминожьей рукой».

Вот такой карточный домик, он же замкнутый круг, он же рулетка, в которой цена проигрыша — смерть. А всё из-за исключения, которое я сделал для Джимми. Так что исключение ради Кеары полностью оправдано, я бы сделал его снова, снова и снова, даже под дулом автомата, который держит сам Господь Бог.

* * *

— Вы сейчас где-нибудь работаете?

— Да.

— Чем занимаетесь?

— Я курьер в службе доставки.

— Нравится? — Эксперт ослабляет хватку, стараясь разрядить обстановку после того, как копнул слишком глубоко. Хочет, чтобы я надышался перед смертью, поверил ему, расслабился. Не шевелится; притаился, ожидая, когда я подплыву поближе.

— Очень.