Глава 42. Винни

Кажется, будто эксгумация тела – непростая процедура, в которой задействована полиция, адвокаты и куча бумажной волокиты, нужны также веские основания, вроде совершенного преступления или религиозных причин. Но на самом деле понадобились только унылый директор кладбища и тысяча баксов. Учитывая, как это просто и дешево, остается лишь удивляться, почему люди не раскапывают могилы чаще.

Мы с Чарли дожидались Нейтана в маминой гостиной. Мы могли бы выкопать мамино тело и днем под тем предлогом, что нашли для нее участок получше или решили быть экологичными, не загрязнять землю, а вместо этого кремировать тело. Но мы пошли по пути нагнетания жути и назначили эксгумацию на полночь, после того как смотрители уйдут домой и на кладбище останутся только грабители могил и призраки – зачем упускать возможность сделать кошмар еще кошмарнее? Когда машина Нейтана с урчанием подъехала к дому, я уже набралась виски, щедро плеснув себе «Джека Дэниелса». Трудно придумать более серьезный повод напиться, чем раскапывание могилы посреди ночи.

– Готова? – спросил Чарли, когда подъехал Нейтан, и я кивнула, хотя это был дурацкий вопрос.

Нет, я не готова заглядывать в гроб моей матери, именно по этой причине и понадобилось виски.

Мы с Чарли и Нейтаном решили, что необходимо выяснить, почему кто-то притворился Сильвией, но возникли кое-какие трения относительно того, как это сделать. Чарли хотел немедленно обратиться в полицию, а Нейтан умолял нас подождать, пока не увидим тело.

– С моей стороны было безответственно позволить увезти ее без меня, – сказал он. – Прежде чем обращаться в полицию, мы должны понять, с чем имеем дело.

Я не винила Нейтана за то, что он позволил лже-Сильвии заняться маминым телом. Когда речь идет о трупе, я вполне понимаю желание переложить эти хлопоты на кого-то другого. К тому же, как мне пришлось неприятным образом выяснить, увезти из дома покойника – дело настолько же быстрое и легкое, как избавиться от старого холодильника. Когда умер отец, приехали милейшие люди из морга и пробыли в доме двадцать минут. Я помню те минуты как сейчас – мы с Чарли топтались в коридоре перед родительской спальней, боясь подойти слишком близко и вдохнуть запах папиного разлагающегося тела. Когда папа умер, мама была в четырнадцати часах лета, в Милане, но это не имело значения – мы постарались бы избавиться от мертвого отца, прежде чем она доберется до дома, даже если б она была в четырнадцати минутах езды, где-нибудь в Беверли-Хиллз, так нам хотелось поскорей с этим покончить.

Но почему кто-то выдал себя за Сильвию, чтобы сообщить о смерти мамы, – загадка. Я предпочел бы, чтобы это выяснила полиция, но Нейтан был полон решимости начать расследование самостоятельно, а мы просто согласились. Мы не считали, что маму убила женщина, которая только что унаследовала все ее деньги, но и не были уверены, что она этого не делала. А учитывая, что Нейтан с ней встречался, сочли необходимым его сопровождать. Мы понятия не имели, что ожидали увидеть, когда откроем гроб. Может, ее задушили? Обезглавили? Застрелили в голову? Похоронили заживо? Если там были какие-то подсказки, мы с Чарли хотели увидеть их, пока они не исчезли. Дело не в том, что мы не доверяли Нейтану, просто мы вдруг обнаружили, что никому не можем доверять.

– Привет, Нейтан, – поздоровалась я, садясь рядом с ним в машину.

Внутри было тепло, но меня все равно пробирала дрожь. Считается, что на юге Калифорнии не бывает холодно, но ночью в конце октября можно окоченеть, а в эту ночь неплохо было бы надеть шапку и перчатки.

Пятнадцать минут мы ехали молча. Кладбище находилось сразу за территорией «Уорнер бразерс».