|
-- Жаль, -- заметил сэр Самсон Кортни. -- Теперь этот Сил будет приезжать в посольство еще чаще. Прости, Пруденс, в принципе он парень неплохой, но, если честно, говорить мне с ним особенно не о чем... что его только не интересует... любит порассуждать о политике... Тоже мне, нашли из-за чего ссориться! Носил бы себе сапоги, если ему так хочется. -- Дело обстояло не совсем так, папа. -- Может, я что-то и перепутал -- какая разница... -- Ха! Ха! -- сказал мсье Байон. -- Такого поворота событий сэр Самсон наверняка не ожидал. Каково ему плести свою паутину, а? Где тонко -- там и рвется. Коннолли теперь -- наш человек. -- Увы, он словно ослеп, этот трогательный, доверчивый муж, -- сказал первый секретарь посольства на ухо второму. -- Союз "Сил--Кортни" и их марионеточный император потеряли доверие армии. Мы должны объединить наши усилия. На следующее утро в жизни Черномазой произошло чрезвычайное событие. Она стояла во дворе своего дома, стирала генералу носки (Черномазая не могла допустить, чтобы одежды ее супруга касалась другая женщина), жевала орех и сплевывала темный сок в мыльную пену, как вдруг к дому подъехал улан в ало-зеленом кителе французского посольства и, спешившись, спросил: -- Ее светлость герцогиня Укакская? Черномазая задрала платье, чтобы его не запачкать, и вытерла руки о панталоны: -- Это я, -- сказала она. Улан отдал честь, вручил ей большой конверт, снова отдал честь, вскочил в седло и ускакал. Оставшись одна, герцогиня присела на корточки и с любопытством стала рассматривать конверт: она повертела его во все стороны, поднесла к уху и, настороженно повернув голову набок, встряхнула. Потом встала, пошла в дом, на цыпочках поднялась к себе в спальню и, воровато осмотревшись, сунула конверт под циновку. В течение часа Черномазая трижды бросала стирку и бежала в дом посмотреть, цело ли ее сокровище. Когда же в полдень приехал обедать генерал, она с затаенным страхом вручила ему письмо. ' Публичный дом (франц.). -- Смотри-ка, Черномазая, мадам Байон приглашает нас завтра на обед во французское посольство. -- Ты пойдешь? -- Говорю же, нас позвали вдвоем, старушка. Приглашение адресовано тебе. Ну, что скажешь? -- Господи, я буду обедать с мадам Байон! Вот это да! Герцогиня не могла скрыть своего возбуждения, она откинула назад голову, закатила глаза и, мыча от удовольствия, принялась, как безумная, прыгать по комнате. -- Молодец, старик, ничего не скажешь! -- заметил герцог, а позднее, когда приглашение было с благодарностью принято и бравый старшина императорской гвардии отвез ответ в посольство, когда Коннолли ответил на многочисленные вопросы, касающиеся обращения с ножом, вилкой, бокалом и перчатками, и герцогиня побежала в магазин господина Юкумяна за лентой, золотой тесьмой и искусственными пионами себе на платье, -- он отправился обратно в казармы, преисполнившись к французам самых теплых чувств и повторяя: -- Молодец, старик. |
