|
Но тут из самых‑самых верхов до нас дошел один слух. Директор Хорралл отменил постановление о розыске Бланчарда и негласное правило избегать острых вопросов, а секретарь Тада Грина сказала Гарри Сирзу, что она слышала, что, если в течение тридцати дней после своего побега Ли не объявится, его уволят из управления.
Довольно скучный, дождливый январь под конец был разбавлен одним интересным происшествием. В ФБР по почте пришел конверт с адресом, составленным из вырезанных газетных букв. Внутри на плотной бумаге такими же буквами было изложено следующее: ПЕРЕДУМАЛ НА ВАС НЕЛЬЗЯ РАССЧИТЫВАТЬ ОРХИДЕЮ УБИЛИ ЗА ДЕЛО ‑ ПАЛАЧ ЧЕРНОЙ ОРХИДЕИ Ниже была приклеена фотография невысокого плотного мужчины в деловом костюме. Лицо вымарано. Ни на фото, ни на конверте отпечатков пальцев или других улик обнаружено не было. И так как в интересах следствия фотографии из первого письма не были переданы прессе, мы понимали, что второе письмо – подлинное. Единодушное мнение всех сотрудников ФБР состояло в том, что на фото был изображен сам убийца, символическим образом устранявший себя из общей «картины». После того как версии, касавшиеся «Письма убийцы» и порнофильма, рассыпались в пух и прах, появилось второе мнение: этого ублюдка нам никогда не поймать. Ставки в графе «Не будет раскрыто» повысились; Тад Грин сказал Рассу и капитану Джеку о том, что 5 февраля Хорралл собирается объявить о приостановке расследования по делу Орхидеи и ввернуть большую часть следователей на прежние места работы. До меня дошли слухи, что среди тех, кого отзывают, буду я и что моим новым напарником станет Джонни Фогель. Работать с вонючкой Джонни было, конечно, не самым приятным делом, но возвращение в Отдел судебных приставов было как возвращение в рай. Ибо Бетти Шорт наконец отводилось подобающее ей место – в дальних уголках моей памяти.
Глава 20
"Нижеперечисленным следователям и служащим Центрального управления, временно привлеченным к расследованию дела Э. Шорт, возвратиться к своим прежним обязанностям, начиная с завтрашнего дня, 6/2/47: Т. Андерс – в отдел по расследованию жульничества и махинаций Д. Аркола – в отдел по расследованию краж Р. Кавано – в отдел по расследованию вооруженных ограблений Д. Эллисон – в следственный отдел A. Граймс – в следственный отдел К. Лиггет – в отдел по борьбе с подростковой преступностью Р. Наваретт – в отдел по раскрытию убийств. (За назначением обратиться к лейтенанту Рули) Д. Смит – в отдел по раскрытию убийств (Обратиться к лейтенанту Рули) B. Смит – в следственный отдел По просьбе начальника полиции Хорралла и его заместителя Грина выражаю вам благодарность за участие в расследовании и за сверхурочное время, которое вы посвятили данному делу. Всем вам будут направлены благодарственные письма. И личное спасибо от меня. Капитан Д.‑В. Тирни, начальник следственного отдела". Между доской объявлений и кабинетом Милларда было около десяти ярдов; я покрыл это расстояние меньше чем за полсекунды. Расс встал из‑за стола. – Привет, Баки. Как дела? – Почему меня нет в списке? – Я попросил Джека оставить тебя в группе, расследующей дело Шорт. – Но почему? – Потому что из тебя получится неплохой следователь, а еще потому, что через три года Гарри уходит на пенсию. Еще причины нужны? Я подбирал слова для ответа, когда зазвонил телефон. Расс взял трубку и представился, после чего, какое‑то время послушав звонившего, показал мне на параллельный телефон, стоявший напротив него. Я бросился к аппарату и услышал на другом конце громкий мужской голос: «...прикомандирован к уголовно‑следственному отделу Форт‑Дикс. Я знаю, что на вас обрушился большой поток ложных признаний, но данное признание кажется мне правдоподобным». |
