|
Итак, сейчас он остановит глиссер и прикажет вывести к нему Ром. А потом с ходу поставит ее перед дилеммой, – мучительная смерть или вечная жизнь, обеспечиваемая фарамолом. Если она выберет второе, то он вживит ей червя и навсегда сделает своей рабыней.
А что касается Ганвика… – молодой Прауд искоса взглянул на этого жалкого, маленького человечка, – то убивать его рановато: он, пожалуй, еще пригодится. Что, если тоже запустить к нему в кровь паразита?
Вскоре Ван Рельт передал через мобильный командный пункт приказ о наступлении. Первая и вторая дивизии ускоренным маршем вышли к реке Сливерари и начали преследовать фейнов. Те оказывали слабое сопротивление, но под ударами орбитальных штурмовиков откатывались все дальше.
В конце концов «Черный Корабль» скрылся за радиогоризонтом, и у молодого Прауда появилось время для беседы с нерейданкой – ведь пока Ганвик разговаривал с кораблем, приходилось постоянно быть начеку. Проблему предстояло решить быстро, пока на «Черном Корабле» не хватились своего начальства. В этот раз экипаж поверил, что Шевде и другие не смогли выйти на связь из‑за технической неисправности. Но при следующем появлении «Черного Корабля» такое объяснение уже выглядело бы не правдоподобно. И если космические пехотинцы снарядят спасательную группу, это грозит большими неприятностями.
Глиссер подбросило воздушной волной, а потом швырнуло вниз. Теперь они летели над впадиной, по краям густо поросшей джиком. Молодой Прауд вызвал по радио водителя головного глиссера. Тот подал машину назад и заглушил двигатели. Молодой Прауд притормозил, приказал охранникам‑командос не спускать глаз с Ганвика и, повернувшись к опутанной веревками Флер Фандан, спросил, не желает ли она облегчиться в его компании.
Флер посмотрела на него со страхом и отвращением и покачала головой. Молодой Прауд похлопал по ладони кончиком хлыста и как‑то странно улыбнулся, а потом двинулся к выходу в сопровождении огромного Персимпилгаса.
Выбравшись наружу, он по‑приятельски перекинулся парой фраз с караульным офицером, а затем увел в заросли Алас Ром. Персимпилгас пошел следом на некотором расстоянии.
То, что произошло дальше. Флер помнила смутно, а Айра Ганвик, наоборот, до боли отчетливо.
Караульный офицер вернулся к глиссеру, взобрался по трапу пассажирского отсека, потом вдруг повернулся и, яростно замахав руками, рухнул вниз. Тут же затрещали автоматные очереди и еще несколько человек вывалились из глиссера. А из распахнувшихся верхних люков, к ужасу Ганвика, стали вылезать нептунианские бонзы с оружием, отобранным у конвоиров. Охранник‑командос, сидящий позади Ганвика, вскочил и бросился к лесу.
А в следующее мгновение Ганвик увидел наведенное на него дуло автомата.
– Где он? – рявкнул Шевде, швырнув Гаи вика на землю. – Где это чудовище?
– Его здесь нет, – выдавил из себя Ганвик. – Он пошел в заросли с Ром.
Новость эта привела всех в шок.
– Я убью его! Убью прямо сейчас!
Шевде бросился к зарослям джика и стал всматриваться сквозь листву. Но определить, где притаился молодой Прауд, было невозможно. Взревев от ярости, Шевде принялся наугад строчить длинными очередями.
– Великий Дегорак! – взмолился вдруг Ганвик, стоя перед ним на коленях. Офур Майн уже приставил нож к его шее.
– Ты предал нас, падаль, – зловещим голосом произнес Шевде, даже не обернувшись, и снова обрушил град пуль на джиковые деревья.
– Я предал? Да никогда… – Тут он взвизгнул отболи – Майн еще сильнее надавил ему на шею кончиком ножа.
– А почему, когда нас волокли, словно животных на бойню, ты не встал рядом?
– Поймите, оставаясь возле него, я мог помочь вам гораздо больше, чем если бы сидел взаперти. |