– Итак, мы выйдем к нему в тыл и намертво пригвоздим к оборонительным линиям, а потом космические пехотинцы завершат дело одним сокрушительным лобовым ударом, – пообещал он, победоносно сияя.

Теперь ему открылся подлинный смысл событий. Судьба всей планеты в его руках. Эта операция навеки войдет в военную историю как «Удар молодого Прауда».

Шевде и все остальные смотрели на него глазами, полными ненависти.

– Ну а теперь, мессир, отдайте приказ, – настойчиво повторил Ван Рельт, но молодой Прауд все медлил, упиваясь собственной значительностью. Иногда Ван Рельт становился слишком суетливым. В следующий раз он сделает противоядие чуть послабее. Ротация кадров просто необходима.

– Ну что же, Ван Рельт, вы меня убедили. Начинайте атаку.

На голографической карте оранжевые кружки – фейнский импи Лавина Фандана – стали переходить через реку Улуин, всего в нескольких километрах от осадных линий командос. Обозначенные синим цветом атакующие цепи теперь двигались позади оранжевых кружков, собираясь ударить по ним во время переправы.

Маховик был запущен, и теперь Ван Рельту отводилась крайне незначительная роль – смотреть за продвижением войск по карте и молиться.

Молодой Прауд молча вымерял шагами комнату. Он ненавидел это состояние неопределенности. В конце концов, не в силах скрыть нервозности, он подобрал с пола маленький хлыст, сорвавшийся с пояса, и торопливо вышел в коридор.

Ван Рельт опасливо посмотрел ему вслед. В последнее время с хозяином все труднее было иметь дело. Напряжение последних дней плачевно сказалось на его и без того расшатанной психике.

Ван Рельт догадался, что его хозяин пошел мучить кого‑то из несчастных женщин. Жестокие развлечения молодого Прауда он находил отвратительными. Однако сейчас его больше занимало сражение – он чувствовал, что победа совсем близка.

Наконец поступили донесения о первых стычках. Подразделения командос начали форсировать реку, огонь их артиллерии посеял хаос среди импи. Пятая дивизия форсировала Улуин и ударила в тыл импи быстрого реагирования. Шестая дивизия охватила с флангов вспомогательное соединение фейнов и артиллерию на западной стороне Улуина и стала теснить врага в северном направлении, в глубь Сливерари.

Импи быстрого реагирования развернулись в цепи, а подразделения первой абзенской дивизии, следовавшие в авангарде, спешно перебросили назад, чтобы держать оборону в лесах Сливерари, в нескольких километрах от места кровопролитного дневного сражения между стражей Бутте и командос. В этот момент Ван Рельт задействовал и резерв – седьмую дивизию. Она пошла в наступление на километровом участке фронта и, охватив южный фланг ипми, вклинилась им в тыл.

Используя частоту командной связи, Ван Рельт отправил донесение молодому Прауду. Никакого ответа не последовало. Видимо, молодой Прауд следил за сражением по монитору, и пока ничто не внушало ему опасений.

Айра Ганвик примостился возле голографической карты и следил за боем, стараясь оставаться как можно незаметнее. Через некоторое время он не выдержал и шепотом спросил:

– Что он сейчас делает?

Ван Рельт поднял на него усталые, потускневшие глаза.

– А, это вы, сенатор Ганвик, или, точнее сказать, экс‑сенатор… Вот уж не думал, что мы встретимся в такой день. Если вы имеете в виду нашего противника, то он сейчас пытается организовать оборону. Мы загнали его в угол. – Ван Рельт показал на карту.

– Да, я вижу.

На карте белые точки наскакивали на оранжевые, неуклонно тесня их на север, к реке Сливерари.

– Но меня интересует, что сейчас делает он – молодой Прауд.

– Мессир, лучше вам об этом не думать, если, конечно, вас не возбуждают такие вещи. Но насколько я помню, вы давно утратили.., ммм.., подобного рода желания.