На них посмотрел и председатель Переходного военного совета.

– Что скажем? – поинтересовался он, переводя свой тяжелый взгляд с одного лица на другое.

– Как уже сказал начальник разведки, операция с захватом заложников, по всей видимости, была заранее спланирована, – взялся отвечать главный по внутренней безопасности. – А если это так, то почему разведка не узнала об этом и заранее не предупредила нас об опасности? – Он насмешливо посмотрел на начальника разведки, довольный тем, что перевел все стрелки ответственности на него и его организацию.

– Мои полицейские четко исполняли инструкции по охране территории, прилегающей к аэропорту, – решил высказаться и главный полицейский Судана. – Но они должны были постоянно отвлекаться на боевые действия. В их задачу входил вывод населения из активной зоны конфликта и предотвращение мародерства, а не охрана прибывших в аэропорт представителей власти и города.

– Вот только не надо при мне играть в пинг-понг. Кажется, так англичане называют игру, когда маленький шарик перекидывают с помощью ракеток друг другу, – недовольно проворчал председатель и снова посмотрел на главу разведки: – Почему разведка вовремя не выявила планы ОАС по захвату столь важных для нашей политической карьеры персон? Я не имею в виду мэра Хартума и полковника Ариф Ясина, я имею в виду советника из Египта.

– У нас были сведения, что в горы Марры, в один из лагерей повстанческого движения, прибыл какой-то человек из Америки, – ответил начальник разведки.

– Что значит – какой-то человек из Америки? – прищурившись, спросил председатель. – То, что кто-то прибыл из самой Америки, вы знали, а кто именно и зачем, вы узнать не удосужились?

– Южный Дарфур, как и остальные четыре провинции этого региона, находятся на особом положении… – начал свою оправдательную речь главный разведчик Судана.

– Это я и без вас знаю, – прервал его глава Переходного совета. – Мне интересно, почему у вас до сих пор не налажена работа с местным населением? Почему, зная, что все эти вилайяты выступают явно или тайно за выход из Республики, ваше ведомство до сих пор не имеет там своих шпионов и агентов? Ладно, этот вопрос мы обсудим позже. Сейчас я хочу знать все, что известно о заложниках на данный момент. Куда их повезут и кто именно причастен к их захвату?

Он выжидательно посмотрел на подчиненных.

– Судя по тому, что мне известно на данный момент, к операции по захвату заложников могла быть привлечена американская военная разведка. Чиновник из Халаиба, который должен был участвовать во встрече советника, по какой-то неизвестной нам причине не был взят в заложники. Он рассказал, что слышал чисто американскую речь, которая отличается от английской…

– Не нужно лишних слов, докладывайте по делу, – нервно прервал главу суданской разведки председатель.

– Он также расслышал некоторые клички или, как это еще называется, позывные, которыми, как известно, пользуются американские военные, а в частности – разведка и спецназ. Слоник, Фокс, Мичиган… Но, похоже, специалистов из американских ведомств было больше. Наши агенты засекли по крайней мере еще двух белокожих снайперов, которые снимали охрану египетского советника, отстреливая ее с крыши аэропорта…

– Черт-те что творится… – пробормотал под нос председатель и, заметив, что докладчик замолчал, сказал: – Продолжайте.

– Руководили операцией по захвату еще двое. Именно к ним, когда они стояли у выхода на летное поле, по словам нашего агента, подходил один из участвующих в захвате аэродрома и переодетый в форму армии Судана, англоязычный белый.