– Как дойдете, – как ни в чем не бывало продолжил Танцор отдавать распоряжение, – сразу не выстраивай всех для встречи, пускай самолет сначала приземлится. Мы тоже подъедем ближе, как только он коснется колесами земли. Все, идите.

Военные погнали заложников на место прибытия египетского борта. Самолет не был правительственным. Такой невысокого чина военный сановник вполне мог довольствоваться и частным чартерным рейсом, так что ни Симмонс, ни Танцор не сомневались, что и большой охраны у этого египетского «перца» не будет. Так оно и получилось.

Сначала из самолета вышли двое охранников. Они быстро осмотрелись по сторонам, затем спустились с трапа и застыли по обеим сторонам от лестницы. Следом вышел советник в военной форме в сопровождении секретаря. Как только он ступил на землю, Тако и Бёрдс, лежавшие на крыше аэропорта, сняли из снайперских винтовок охранников, секретарь – молодой араб – в страхе пригнулся, а советник и вовсе упал навзничь. Упал он так быстро, что Танцор, который в это время сидел в одной из машин сопровождения, подумал, что и советника его ребята подстрелили по нечаянности или в запале рвения. Но вздохнул с облегчением, когда увидел, что египтянин чуть приподнял голову, когда к нему кинулся Слоник.

Бесцеремонно схватив советника за шиворот, Джексон одним рывком поставил его на ноги и быстро потащил в сторону машин, в которые охранники уже запихивали остальных заложников. Советника посадили в одну машину, мэра и полковника в другую, а более мелкую рыбешку запихнули в третий автомобиль. Задние дверцы не стали закрывать. На подножки вскочили ребята из охраны, и машины помчались в сторону складского помещения.

Оставалась самая малость – доставить всех заложников на место – в район Дарфурского купола, а точнее, к кратеру, или, как его называли на местном наречии, кальдере Дериба, находившегося к северу от Ньялы. Пока что особых проблем у группы Танцора не было, но предстояло еще выехать из города, в котором разворачивались боевые действия двух противоборствующих военных группировок. И разворачивались эти действия с такой скоростью, что даже Танцор начал сомневаться, что он и его команда вместе с заложниками легко проскочат через перекрестный огонь военных, одаривающих друг друга ударами из дальнобойных орудий и стрелявших по кажущимся им подозрительным машинам с вертолетов.

Едва три автомобиля с заложниками и их охранниками успели убраться подальше от места приземления египетского борта, как по этой полосе ударил снаряд. А затем бомбы и снаряды стали падать по всей взлетно-посадочной территории, уничтожая без разбору стоявшие на рейде самолеты и оставляя на полотне такие ямы, что теперь подняться в воздух не сможет ни один борт.

– Сам черт теперь не поймет, кто в кого стреляет, – оглядываясь на ад за их спинами, прокомментировал Симмонс. – У меня одного складывается впечатление, что эта заварушка затянется не на один месяц или даже год? – спросил он Танцора.

– Мне все равно, – спокойно ответил тот, выходя из машины и быстро шагая к ожидающему их грузовику. – Как по мне, так пусть они все друг друга перестреляют. Мне плевать и на тех, и на других, – добавил он, оглядываясь, не слышит ли его кто-то из боевиков Хаддида. – Слоник, Мичиган, Фокс, перегружайте заложников. Пускай ребята Амина забирают себе машины правительства. Дальше мы обойдемся без их помощи. Масала, ты чего расселся, как король?! – прикрикнул он на парнишку, который все еще сидел в машине. – Поедешь с ребятами в кузове, будешь охранять заложников.