Секретарь вышел, а председатель Переходного совета, выполнявший фактически обязанности президента страны, схватил трубку телефона. Послушав тишину и удостоверившись, что связь так и не появилась, он с досадой бросил ее на телефонный аппарат. Обычная связь, как и связь сотовая, была нарушена уже вторые сутки, и ее никак не удавалось восстановить – мешали восставшие спецназовцы, которые старались держать все виды связи и электроснабжения столицы и прилегающих к ней городов под своим контролем. Армия Судана, которая подчинялась председателю, может быть, и справилась бы с бунтарями, но им помогали формирования боевиков из Освободительной Армии Судана, чьи главари были только рады помочь разжечь новую гражданскую войну в стране.

«Дарфур, – пришла главе страны в голову мысль. – Скорее всего, заложников повезут в горы. Там их будет проще спрятать и сложнее отбить, даже если мы используем для этой цели авиацию. Племена мехов составляют большинство населения этого штата, и все они сочувствуют ОАС. Можно, конечно, попробовать найти их и освободить, но Джебель-Марру велики, а нам нужно точно знать, в каком районе гор собираются держать пленников. Не будем же мы бегать по всем горам! Это – нереально».

Председатель никогда бы не выбился в лидеры государства, если бы не обладал незаурядными способностями и талантами. Острый ум, знание психологии ведения войны и умение мыслить логически – эти качества были далеко не всеми его дарованиями, поэтому, еще не дожидаясь прибытия вызванных им лиц, он вновь вызвал к себе помощника и приказал ему:

– Срочно разыщите командира русской ЧВК, которая базировалась рядом в Мерове. Вы не в курсе, где он сейчас может быть?

– По нашим данным, сейчас он и его подчиненные, совместно с русской дипломатической миссией, занимаются эвакуацией своих граждан из Судана, – не очень уверенно ответил секретарь. – Но мы найдем его.

Председатель кивнул:

– Я лично хочу поговорить с ним. Пускай придет, как только получит мое сообщение. Если будет такая необходимость, пошлите за ним мой личный вертолет. Но сделай так, чтобы о его визите ко мне никто не знал. Тебе все ясно?

– Да, я понял, – чуть наклонил голову секретарь и вышел.

* * *

Через двадцать пять минут в кабинете председателя собрались на срочное секретное совещание начальник разведки, чиновник, отвечающий за внутреннюю безопасность в стране, и начальник полиции. Все они заметно нервничали. Оно и понятно, бои шли уже в центре города, и спецназовцы Судана хотя и с большим трудом, но пробивались к Дворцу Республики все ближе. Не дожидаясь вопросов и приказов, начальник разведки начал докладывать:

– Наши агенты в Международном аэропорту столицы не смогли сразу после инцидента с захватом заложников связаться со мной. Все произошло быстро и неожиданно для всех находившихся в здании порта людей. Операция была явно спланирована заранее. Наши люди заметили неладное только после того, как были взорваны вышка связи и подстанция, а сама территория аэропорта была оцеплена силами ОАС и силами быстрого реагирования, – торопливо говорил он, боясь, что его прервут.

Но все, включая председателя, молчали, и он продолжил доклад, едва переведя дыхание:

– Наши агенты несколько дней, еще с самого начала конфликта, находились в аэропорту и наблюдали за ситуацией. Мы не могли вмешиваться в ход событий. За безопасность важных объектов отвечают другие. – При этих словах он посмотрел на начальника полиции и главу службы безопасности.

На них посмотрел и председатель Переходного военного совета.