План выдвижения, маршруты, скрытое приближение – все проработано. Была сперва идея оставить засаду на территории монастыря, в каком-нибудь подвале. Но подходящих, надежно скрытых от проверки мест там не нашлось.

Пока шла подготовка, в мое сознание пыталась пробиться какая-то настойчивая назойливая мысль. Что-то я упустил важное. Притом касающееся меня лично. Схватить я эту мысль никак не мог, но она добавляла свою толику тревоги – и это в дополнение к нервному напряжению, которое неизбежно накатывает на оперативника перед началом операции.

Мы с Рощиным как раз пребывали в кабинете у начальника, перед тем как отбыть к месту. Я спросил:

– Можно позвонить? Варю надо предупредить, что я работаю.

Жена сегодня дежурила по больнице, освободится в десять утра, а меня нет дома. Ей не привыкать, но лучше предупредить.

– Звони, – кивнул на телефон Раскатов. – Только лишнего не ляпни.

– За кого принимаете? – Я пододвинул к себе тяжелый телефон, взял эбонитовую трубку. И начал накручивать диск, украшенный цифрами и буквами.

На проводе был дежурный врач старик Павин.

– Анатолий Авдеевич, это Большаков! – бодро представился я. – Как там моя благоверная?

– Добрый вечер, – бархатистым вкрадчивым голосом произнес Павин. – Видел недавно. Сейчас позову.

Не отвечали долго. Потом послышался удивленный голос врача:

– Нет нигде. Странно. Не припомню за ней, чтобы она вот так легкомысленно покидала рабочее место.

Тут у меня сердце екнуло и заколотилось как пулемет. А окружающая реальность будто вся поплыла. И я попал в объятия ледяного ужаса.

Вспомнились разом слова Гуру, что лучшая жертва – это женщина врага. А кто лучший враг «индейцев»? Не уполномоченный ли Большаков?

Я бросил с треском трубку на аппарат и прохрипел каким-то показавшимся мне совершенно чужим голосом:

– Он забрал Варю! Она – их сегодняшняя жертва!

– Что? – подался вперед Раскатов, до боли сжав мощными пальцами край крышки стола.

Я встряхнул головой:

– Ну, тварь паскудная, за все ответит!

И стал подниматься решительно. Что мне сейчас остается? Взять «наган». И вперед, бить рукояткой, крошить зубы и выбивать с кровью ответ на вопрос – где Варя? Если надо, я буду резать его на кусочки. Но он мне отдаст мою женщину!

– Ты чего, Сашок, на бой собрался? Челюсти ломать? – окинув меня критическим взглядом, скривился Раскатов и неожиданно со всей дури врезал кулаком по столу: – А ну сядь! И угомонись!

Подтянув с трудом уцелевший после моего удара телефон к себе, он стал названивать по нему, узнавать, просил найти, вызвать, соединить. Через пять минут перезвонов выдал заключение:

– Ну и куда ты пойдешь? Нет его!

– Но…

– Голову задействуй не как таран, а как сосуд разума, – назидательно произнес начальник, успокаиваясь. – Если они правда захватили Варвару, куда ее повезут?

– К месту силы. Плести аркан, – буркнул я. Ярость и отчаяние немного притупились, сердце стало биться ровнее, а мир снова стал четким и ясным.

– Вот именно! А у нас там все готово для торжественной церемонии.

– Главное – успеть!

– Успеем, Сашок. Обязательно успеем…

Глава 40

Некоторое время я не мог думать ни о чем, кроме Вари.