Неожиданно на противоположной стороне луга появился человек. Постоял немного, посмотрел на ребят и, немного прихрамывая, направился к ним.

Напарники отставили в сторонку банки, подняли с земли автоматы и положили их себе на колени. Мало ли, вдруг придется стрелять? Когда человек достиг середины луга, компаньоны смогли разглядеть его более подробно. Это был пожилой мужчина, лет шестидесяти пяти, с пышной седой бородой, в шапке-ушанке.

– Так это ж Егерь, – облегченно выдохнул Гриф, поднимаясь с земли.

– Какой еще Егерь? – удивился Тихий.

– Сейчас все узнаешь, – подмигнул напарник.

Старик подошел еще ближе и, остановившись в нескольких шагах от сталкеров, произнес:

– Вы, это, только не мусорьте и костры не жгите. Берегите лес и природу.

– Ну здравствуй, Михалыч! – воскликнул Гриф. – Неужто не узнал?

Старик перевел взгляд на парня, немного постоял, погрузившись в раздумья, а затем, расплывшись в улыбке, ответил:

– Писатель? Ты, что ли? Давненько я тебя не видал. Какими судьбами в наших краях?

Они тепло обнялись, похлопали друг друга по плечам.

– Мы с напарником держим путь на ЧАЭС. Устали, сил нет. Вот остановились немного подкрепиться и отдохнуть.

– На Станцию? – покачал старик головой, поглядывая на Тихого. – Что ж вас всех тащит туда? Место-то гиблое.

– Согласен, не курорт, – вклинился в разговор Тихий. – Но и здесь, так-то, тоже не городской парк.

– Твоя правда, – вздохнул Егерь. – А сам-то кто таков будешь? Хороший человек или злодей?

– Да вроде хороший человек, – растерявшись, улыбнулся Тихий.

– Тут сомнений не может быть, – очень серьезно ответил Егерь. – Никаких «вроде» или «может быть».

– Хороший, – ответил сталкер, настроившись вдруг на такой же серьезный лад.

Егерь глянул Тихому прямо в глаза… и вдруг парень ощутил, как неведомая холодная сила проникла прямо в его мозг! Сталкер хотел оторвать взгляд, отстраниться, но не мог. Егерь держал его – не физически, но ментально, – так крепко, что не было никакой возможности даже пошевелиться.

В затуманенном сознании лишь всплыло: «Господи, какой же он сильный!»

Ментальная сила словно изучала его – глазами Егеря, пронзительно-голубыми, как само небо, невыносимо-правдивыми. Сталкер мельком отметил, как по его щекам текут слезы. Он вдруг понял, что, когда умрет и предстанет перед богом, будет чувствовать то же самое.

Это продолжалось, кажется, целую вечность. Потом Егерь по-доброму улыбнулся, и сила отпустила, давая Тихому шанс сделать вдох и начать всхлипывать.

– И в самом деле хороший человек, – резюмировал егерь, доставая из кармана кисет и сворачивая самокрутку.

Тихий хотел было схватить оружие и показать старику где раки зимуют – за такие-то фокусы! Но Гриф мягко взял его за руку, покачал головой: мол, не надо.

Тихий понял, что Егерь не простой менталист или мутант. Они повстречали кого-то, кто был на уровень выше их обоих, да и вообще всех знакомых, вместе взятых; возможно, это один из сподручных самой Зоны. И он проверял гостей леса в этот самый момент. И именно сейчас решалась их дальнейшая судьба.

Старик улыбался, курил, пуская в небо кольца сизого дыма. Тихий вытер со щек слезы, привел себя в порядок и теперь просто стоял, как и Гриф. Вдвоем они смотрели на Егеря, не смея сказать и слова.

– Ладно, – наконец произнес дед, скуривая самокрутку до самого конца.