Флора вздохнула и покаянно сказала:

– Я не должна была приближаться к Сторхэму на расстояние ружейного выстрела. Ты вправе упрекнуть меня: «Ну, что я тебе говорил!»

Адам действительно десяток раз говорил ей о том, что ее присутствие только усугубляет опасность, потому что в рискованной ситуации ему придется думать в дополнение ко всему и прежде всего о ней и сообразовывать свои поступки с необходимостью уберечь от беды в первую очередь Флору.

– Ты молодчина, биа, вовремя пришла мне на помощь, – промолвил Адам. – Ты храбрая. Настоящий воин. А в разгар боя не всегда принимаешь правильные решения. Не исключено, что я допустил ошибку.

– Просто хотел порисоваться передо мной, – отрезала Флора.

– Давай не будем спорить о том, что было, – примирительно сказал Адам. – Я больше не хочу войны… в том числе и с тобой. Я человек мирный. Мое дело растить породистых лошадей. Мне это нравится. Этим я и хочу заниматься, ни на что больше не отвлекаясь.

– Я могу помогать тебе.

– А я могу помогать тебе разбираться в абсарокской культуре – описывать ее и собирать образчики для европейских музеев. Итак, мир и деловое сотрудничество?

– Ладно, это по мне! – рассмеялась Флора. – Да здравствует мир и деловое сотрудничество между Флорой Бонхэм и Адамом Серром!

Обоих объяло ощущение покоя и счастья. Молодые люди чувствовали, что вдвоем они могут осуществить любую мечту, добиться чего угодно! Любовь превращала их в могучих, способных на все титанов – и сегодня луна светила для них и только для них!

– Нехорошо, что ты идешь пешком, – заметил Адам. – Давай я попрошу кого нибудь отдать тебе свою лошадь.

– Не надо, – отозвалась Флора. – Наш отряд двигается медленно, и мне даже приятно пройтись рядом с тобой. Я только по утрам чувствую себя плохо. К тому же, по словам Весенней Лилии, в моем положении полезно ходить пешком.

– Ну, она не имела в виду долгие переходы, да еще после таких острых переживаний! – строго возразил Адам. – Весенняя Лилия, конечно, женщина опытная, но если ты будешь беспрекословно выполнять все ее указания, то мне придется серьезно переговорить с этой советчицей!

– Ха! Да она не станет тебя слушать! Она считает, что мужчины ничего не смыслят в том, как надо вынашивать и рожать.

– За всех мужчин не отвечаю, – произнес Адам, ласково поднимая ее руку, – но за себя скажу: я во всех этих проблемах разберусь, и слушаться будешь меня. Не хочу быть в стороне в такой важный для тебя период. Это не так, как…

– Ты серьезно? – растроганно спросила Флора. Она поняла, чего недосказал Адам. Он имел в виду беременность Изольды, когда он только бесился и ему было наплевать на то, что с ней происходит. Люси он полюбил лишь после рождения.

– Да, если ты не против, – как то застенчиво промолвил Адам. – Мысль о том, что у тебя будет ребенок… – Он осекся. В голове пронеслось недавно пережитое. Ведь он был на волосок от смерти – Нед Сторхэм мог убить его. И все это счастье могло закончиться… – Во мне все поет и ликует, – прошептал он. – Я безумно, безумно счастлив…

– Знаю, – тихо отозвалась Флора, охваченная тем же чувством неизъяснимого счастья. – Это тем более замечательно, что я навеки отчаялась когда либо иметь детей…

– Это Аа бадт дадт дее подарил нам ребенка.

– Это ты подарил мне ребенка, – нежным шепотом отозвалась Флора. Теперь не было и минуты в течение каждого дня, когда она не думала о растущей в ней новой жизни. – Ты подарил братика или сестричку нашей славной Люси.

– Можно я ей скажу об этом?

Глаза Адама сверкали, как у озорного мальчишки.