Джоанна повела плечом, и рисунок на топе ярко блеснул.

— Иногда с кем-нибудь, иногда одна. Впрочем, без компании тут никогда не останешься, обязательно с кем-нибудь познакомишься. С каким-нибудь симпатичным парнем вроде тебя, например. — Она чуть опустила ресницы и маняще улыбнулась.

Бестолковое создание, решил про себя Курт. Куда только смотрят родители! Впрочем, может, у нее их вообще нет. Или они есть, но ведут столь же непутевый образ жизни. Хотя, с другой стороны…

Он вдруг устыдился, подумав о том, что не имеет никакого права осуждать девчонку. Она вполне могла оказаться сердечной и неглупой и в каком-то смысле даже помогла ему сейчас. По крайней мере, переключила на себя его внимание, болезненно сосредоточенное на чужой жене. По большому счету он был ничем не лучше этой Джоанны — сидел в том же, что и она, баре, и пил пиво, вместо того чтобы набираться сил перед началом сложной работы.

— А ты почему один? — полюбопытствовала Джоанна, беззастенчиво строя глазки.

Курт криво улыбнулся.

— Потому что женщина, с которой завтра нам предстоит заняться здесь важными делами, замужем, — признался он неожиданно для самого себя.

Лицо Джоанны вытянулось. Она поразмыслила над его словами и спросила:

— Вы не местные?

— Нет, — ответил Курт более охотно. Мысль выговориться, поделиться с совершенно незнакомым человеком своей бедой, пришедшая ему на ум только после того, как он завел о Нэнси речь, даже обрадовала его. — Я из Эдинбурга, а Нэнси из Глазго.

Джоанна усмехнулась.

— Так ведь это далеко!

— Да, довольно-таки, — сказал Курт, не вполне понимая по ее интонации, к чему она клонит.

— Если бы вы развлеклись здесь с этой Нэнси, ее муж никогда ни о чем не узнал бы, — пояснила Джоанна с видом знатока.

— Нэнси не такая, — с уверенностью заявил Курт. — Она честная.

— Ты убежден в этом на сто процентов? — скептически улыбнулась Джоанна. — Женщины хитрые как лисицы. Разыграют перед тобой кого угодно — хоть невинную овечку, хоть отпетую грешницу.

— Не говори от имени всех женщин! — возмутился Курт. — Люди очень разные. А ты слишком молода, чтобы судить о подобных вещах столь категорично!

Джоанна рассмеялась так, будто знала о жизни гораздо больше, нежели ее собеседник.

— Во-первых, ты понятия не имеешь, сколько мне лет. Во-вторых, я сужу категорично только о тех вещах, в которых разбираюсь, — заявила она, глядя на него с вызовом.

Курт озадаченно моргнул и внимательнее всмотрелся в ее лицо. В общем-то, ей вполне могло быть и двадцать лет, и больше — он давно усвоил, что правильно определить возраст женщины бывает почти невозможно. Но то, сколько лет Джоанне, занимало его недолго. Гораздо больше его тревожило, действительно ли все женщины обладают способностью притворяться кем угодно и способна ли Нэнси изменить мужу…

Он попытался было отделаться от нелепых мыслей, убедить себя в том, что мнение случайной знакомой из ночного бара для него, человека рассудительного и опытного, не должно иметь никакого значения. Но мысли не желали оставлять его в покое, крутясь и жужжа в мозгу, как мухи над вазой с медом.

Может, и впрямь не стоит отчаиваться? — подумал он, согреваемый надеждой. А надо просто действовать решительно и настойчиво? Если Нэнси ссорится с мужем даже по телефону, значит, у них не все благополучно. Хотя… все ведь ссорятся. Даже безумно влюбленные. И потом… Нэнси и в самом деле не такая…

Ему отчетливо представились ясные умные глаза его новой знакомой. Нет, человек с такими глазами просто не способен солгать, решил Курт с разочарованием и с радостью.