— Ты живешь где-то поблизости, Анхел?

— Да, мэм, — ответил тот, не отрывая взгляда от дороги.

— И давно ты работаешь на станции «Дикси-бой»?

— Третий год узе... с тех пор, как моя мама попала в приют для дусевнобольных...

— У тебя есть братья, сестры?

— Нет, мэм.

Поморщившись, Софи сказала:

— Сделай мне одолжение, Анхел, — зови меня просто по имени и на ты. Когда мне говорят «мэм», у меня появляется такое ощущение, словно на меня надевают квадратные ортопедические башмаки и белые хлопчатобумажные носки.

— Ладно, Софи! — улыбнулся Анхел.

Выпустив облачко дыма, Лукас повернулся к пареньку и сказал:

— Значит, ты живешь вдвоем с отцом?

В воздухе повисла неловкая пауза, и на лице Анхела появилась ироническая улыбка.

— Нет, сэр. Отец бросил нас с мамой, когда я был есце совсем маленьким, я его дазе не помню. Сейчас я зиву совсем один. Два раза в месяц я еззу к маме, в приют. Это в Цаттануге. Я привозу ей зареного цыпленка и маисовых лепесек, которые сам пеку. А есце я навесцаю своего дядю Флако...

— Довольно много обязанностей для такого юнца, как ты, — задумчиво произнес Лукас.

Анхел только пожал плечами.

Грузовик приближался к повороту. По обеим сторонам шоссе высились старые сосны, упираясь верхушками почти в самое небо. Воздух был чист и свеж.

— Смотри-ка, Софи, — улыбнулся Лукас. — Да этот парень просто прирожденный дальнобойщик!

Софи улыбнулась:

— Да, это мне напоминает...

Она замолчала на полуслове.

Впереди, в сотне ярдов от «кенворта», странно дергаясь, словно смертельно раненный зверь, на обочину шоссе съезжал автомобиль. Его двигатель то и дело глох, потом снова заводился и снова глох. Судя по всему, у него кончился бензин.

Все трое узнали машину тут же.

Это был «камаро» Мелвила цвета морской волны.

— Съезжай следом за ним, парень! И передачу переключи!

С трудом справляясь с массивным рычагом переключения передач, Анхел снизил скорость и нажал на тормоз. Раздалось шипение пневматических тормозов, двигатель жалобно застонал, и «Черная Мария» медленно съехала на покрытую гравием обочину, остановившись в нескольких ярдах позади зеленого «камаро». Протянув руку к приборной панели, Лукас включил аварийную сигнализацию. Софи быстрым движением выхватила из-под сиденья два ручных фонарика, и все трое выпрыгнули из кабины.

Утренний воздух был Чист и прохладен, напоен волнующим ароматом росистых дикорастущих трав и цветов. Солнце еще не успело разогреть его. Обернувшись, Лукас поискал взглядом другие машины. На шоссе было пусто.

— Мелвил?! — окликнул водителя Лукас, осторожно приближаясь к машине. — Ты там жив?

Никто не ответил. Зеленый «камаро» стоял неподвижно. За тонированными стеклами никто не шевелился.

Лукас направился к заднему бамперу, гравий звонко хрустел под его ногами.

Воображение ни с того ни с сего врубилось на четвертую скорость. Лукасу представилось, как Мелвил, подобно ведьме из триллера, тает в кабине, словно мороженое на солнцепеке, и его остроконечная шляпа медленно оседает в большую лужу грязноватого месива.

Остановившись в нескольких дюймах от «камаро», Лукас попытался заглянуть в салон. И увидел в тонированных стеклах отражение окружающего пейзажа и своего неуверенного лица.