— Как он смог оказаться ухажером Лауры Вернон? — удивился Бен. — Мне кажется, он совсем ей не подходит.

— Да уж, уверен, что ее родители его не одобрили бы, — согласился Тэйлби. — Начнем с того, что он ездит на мотоцикле. Сказал, что встретил Лауру в городе однажды во время ланча, когда они оба должны были быть в школе. Более того, он говорит, что она выступила инициатором их отношений и по своей воле убегала из школы, чтобы встречаться с ним в разных удобных местах.

— То есть она забила на школу.

— Теперь это так называется? Я всегда считал, что забивают нечто другое…

— Я о прогуливании школы, а не о том, о чем вы подумали, сэр.

— А-а-а… Ладно. В любом случае этим они тоже занимались. Холмс утверждает, что она сказала ему, что ей шестнадцать.

— Все они так говорят.

— Но ведь определить иногда чертовски трудно, правда? Я бы, например, не смог определить, пятнадцать этим девицам или уже шестнадцать. Иногда они выглядят на все восемнадцать, а на поверку оказывается, что им всего двенадцать. Хотя, в любом случае, Королевская служба уголовного преследования не стала бы возбуждать дело. Не тогда, когда партнеру только семнадцать.

— Тогда, сэр, у нас появилось уже несколько ключей к возможной разгадке убийства.

— Их оказалось слишком много, — вздохнул старший инспектор. — Лучше б на такой ранней стадии он был всего один… Но, по крайней мере, мы можем забыть о связи этого случая с убийством Эдсон.

— А при опросе жителей Мюрея кто-то из них упоминал мотоциклы? — спросил Бен.

— Несколько человек. Сейчас эти мотоциклы проверяют по картотеке. А Холмс скоро появится здесь для беседы. Может быть, мы с ним и поговорим? Вдвоем. Вы и я, а? Гарри Дикинсон и Вернон могут подождать. Кажется, этот парень не собирается ничего скрывать… Как вам мое предложение, Купер?

— С удовольствием, сэр. Благодарю вас.

Потом раздался телефонный звонок — Стюарту звонили из дежурной части. Выслушав, он кивнул, и на его лице появилось подобие улыбки.

— Планы меняются, — сказал он. — Холмсом может заняться инспектор Хитченс. Если вы сейчас спуститесь вниз, то там ждет Дэниел Вернон. Кажется, он жаждет кое-чем поделиться с нами.

* * *

Один из двухкассетных магнитофонов на столе противно скрипел, и Диана Фрай даже подумала, что это сделано намеренно, чтобы вывести из себя допрашиваемого. Правда, сейчас он скорее выводил из себя допрашивающего.

— Понимаете, во время ланча в школе мы ходим в пассажи. Иногда остаемся там до вечера. Ведь о нас никто не волнуется, — рассказывал сидящий перед полицейскими парень.

На Симеоне Холмсе все еще были кожаные байкерские бриджи, а вот куртку он снял, отдав должное спертой атмосфере в комнате для допросов. На нем была майка с изображением «Маник стрит причерс», которая не скрывала хорошо развитой мускулатуры плеч и рук. На обеих сторонах шеи у юноши были небольшие татуировки. Волосы на макушке были очень короткими, а на затылке лежали длинными локонами. В одном из ушей у него была золотая серьга, а бровь украшала родинка. Диана вспомнила, что сержант Морган говорил о Холмсе как о накачанном деревенщине, которые нравятся некоторым девушкам.