— Тогда почему вы решили с ним переговорить?

— Я уже дважды ответил тебе. И больше повторять не буду.

— Я ведь могу и настоять, мистер Дикинсон. Я могу вызвать вас на допрос в управление, и там мы проведем официальный допрос и попросим вас сделать заявление.

— Я его и делаю, — ответил Гарри. — Это мое личное дело. Вот и все заявление.

— Но вы же понимаете, что если это имеет отношение к дочери мистера Вернона…

— Отвечаю — к ней это никакого отношения не имеет.

— Может быть, это имеет отношение к вашей семье? Гарри улыбнулся ему, как старательному студенту.

— На этот раз угадал, парень.

— И где же вы встретили мистера Вернона?

— Опять предположение.

— Простите?

— Я сказал, что хотел поговорить с ним. Но не смог его найти. Он опять исчез.

Теперь мысли Купера стали раскручиваться в совсем другом направлении. У него перед глазами встал Гарри Дикинсон, бродящий по Целине наряду с Лаурой Вернон и ее отцом, не говоря уже о вероятном убийце Лауры. А потом он нарисовал себе орнитолога-любителя, Гэри Эдвардса, который сидит на идеальной наблюдательной точке, но видит только одного из них. И, наконец, ему пришло в голову, что если бы Гарри Дикинсон действительно встретил Грэма Вернона во время прогулки, то их беседа заставила бы Гарри вернуться в коттедж позже обычного. Но задержала бы она его до семи пятнадцати? Тогда Гвен тоже лжет. Но она ведь пойдет на это, чтобы защитить мужа, правда?

— Слушаю твой следующий вопрос, — произнес Дикинсон.

— На сегодня вопросов больше нет, — ответил полицейский, решив, что ступил на слишком опасную почву.

— Нет? — Гарри неожиданно расстроился; он надул губы и наклонил голову набок. — Очень жаль. А я надеялся на настоящий допрос. С пристрастием. Знаешь, как у Крекера…

— Не понял?

— Ну, помнишь этого толстяка, которого показывали по телику…

— Вы, наверное, имеете в виду Робби Колтрейна. Он играл психолога-криминалиста.

— Ага. Он всегда устраивал им настоящий допрос. Орал, ругался и все такое. Угрожал искалечить, если не скажут правду. — Старик критически взглянул на Купера. — Ну да ладно. Ты ведь не он, верно, парень?

— Нет, мистер Дикинсон. Я не Крекер. И не инспектор Морс.

Собравшись уходить, Бен засунул блокнот в карман куртки.

— Думаю, что с вами захотят поговорить еще раз, мистер Дикинсон, — предупредил он хозяина дома.

— Не возражаю. Найти меня можно без всяких проблем.

— Тогда спасибо вам за ваше время.

Купер подошел к двери и взглянул на деревню, пораженный контрастом между залитой ярким солнечным светом улицей и прохладными, полутемными углами с тяжелой мебелью в комнате у него за спиной. Переступить через порог коттеджа «Солнечные часы» было все равно что войти в глубокую пещеру. На генетическом уровне пещеры ассоциировались с безопасностью, хотя в них присутствовала и угроза — всегда существовала вероятность, что там живут дикие и опасные чудовища. Бен повернулся, чтобы еще раз попрощаться, и встретился с острым взглядом голубых глаз, насмешливо смотревших ему в лицо.

— Нет. Ты даже на мисс Марпл не тянешь, — заявил Гарри на прощание.

17

Кабинет старшего инспектора Тэйлби был одной из немногих комнат в здании штаб-квартиры полицейского управления в Идендейле, в которой был кондиционер. В последние две недели люди специально искали причины, чтобы провести встречу именно в этой комнате, и нигде больше.