Она решила, что завтра возьмется за «Желтые страницы» и выпишет адреса и телефоны местных центров боевых искусств. Конечно, ей не удастся найти такого же мастера по сётокан, какой был у нее в Варли, и ей наверняка придется привыкать к новой технике. Но она не могла полностью забросить свои занятия. Сейчас способность защитить саму себя была для нее особенно важна. Кроме того, Диана наслаждалась новым чувством силы и уверенности в себе, которое дало ей карате. Ну и, помимо всего прочего, занятия требовали полной концентрации, так что со своей работой и с сётокан она могла не думать больше ни о чем.

Фрай не слишком задумывалась об убийстве Лауры Вернон. У нее не было никаких данных, и ее мозг ждал новой информации, которая позволила бы ей включить дедукцию и начать анализировать всевозможные связи. Девушка ждала утра, когда на нее должен был обрушиться вал фактов и фактиков, которые будут представлены на брифинге и позволят ей наметить пути расследования, открыв перед ней так много возможностей.

На мгновение она вспомнила об одном пустяке, о некоем раздражителе, с которым, возможно, ей придется столкнуться в будущем. Речь шла о констебле Бене Купере. О детективе, который пользовался всеобщей любовью, о человеке, который вполне может встать у нее на пути… Перед глазами у нее появилась шестифутовая фигура мужчины с широкими плечами и идеальными зубами, которые он постоянно демонстрировал в самодовольной улыбке.

Мгновение Диана изучала его образ, а потом убрала его воображаемым ударом рукой в челюсть. Нет таких препятствий, которые нельзя было бы преодолеть. Проблем тоже нет, есть только испытания.

В конце концов она включила телевизор и посмотрела поздний фильм, прежде чем лечь в постель. Это был какой-то старый фильм ужасов, еще черно-белый. Со своего продавленного кресла Диана смогла, не отрывая глаз от экрана, засунуть руку под кровать и выудить оттуда двухфунтовую коробку «Торнтонз Континентал». Открыв ее, девушка засунула в рот венский трюфель. На экране женщина, идущая по пустой ночной улице, обернулась на звук шагов. На ее лицо упала густая тень, и раздался ее бесконечный крик.

* * *

В пяти милях от Гросвенор-авеню Бен Купер трясся в своей «Тойоте» по неровной дороге в сторону фермы Бридж-Энд, машинально поворачивая руль в нужных местах, чтобы избежать самых жутких выбоин. В некоторых местах дорогу починили, засыпав рытвины утоптанной землей и осколками кирпича. Первый же сильный зимний дождь, когда дорога превратится в русло реки, по которому несется водный поток с близлежащих холмов, смоет все это к чертовой матери.

Проезжая мимо, детектив заметил часть каменной стены, верхние камни которой уже успели упасть. Сама эта стена тоже опасно выгнулась в сторону поля. Мысленно Бен велел себе упомянуть об этом в разговоре с Мэттом, как о работе, которую он может сделать в свой следующий свободный день.

Купер сознательно старался переключиться на подобные, ничего не значащие вещи. Но его мысли все равно возвращались к делу Лауры Вернон. Это расследование легко забыть ему не удастся. Больше всего Бена потряс старый Гарри Дикинсон. За свою жизнь полицейский повидал немало людей, которые оказывались случайно связаны с серьезными преступлениями, но он не помнил у них такой смеси внешнего равнодушия и скрытого удовольствия.

Будучи не в состоянии найти быстрое объяснение поведению старика, он стал думать об основном подозреваемом, исчезнувшем Ли Шерратте. Купер не знал этого парня и никогда не имел с ним никаких дел. Но он помнил его отца, Джеки Шерратта, который был местным деревенским злодеем. И хотя сейчас старший Шерратт мотал двухлетний срок в Дерби за перепродажу краденого, в Идендейле его знали в основном как опытного браконьера.

И все-таки чаще всего мысли Купера возвращались к тому моменту, когда он обнаружил тело девочки. Внешние впечатления от этого наложились на эмоции и не хотели отступать.