Сколько там Бо натикало годиков? Пять?

Кэп фыркнул. Он никакому врагу не пожелал бы столкнуться в бою с этой маленькой глупой машинкой.

Если Бо попадал в ситуацию, где не мог разобраться, что именно нужно делать, он старался зачистить всё условно опасное в ноль. А выглядел при всём при этом как не очень крупный и совсем не наглый, симпатичный и улыбчивый парень.

Скромняга, умница. Если не знать, что он не из мяса и костей, а из неуничтожимого известным человеку оружием теурита…

Нет, Бо не был абсолютно неуязвимым. Теуритовое бессмертие могло сохранить его только как рой частиц, а не как личность. Но даже для этого врагам пришлось бы основательно поломать головы. А в бою на такое обычно времени не выделяют.

Приняв решение, капитан активировал рабочий чат на браслете — специальном устройстве, обвивающем его руку от запястья и до плеча — и велел Леону, дежурному по капитанской, которого выгнал, чтобы не мешал думать, собрать офицерский совет.

Кэп решил, что рыльце в пушку там, примерно, у всех.

И, в общем-то, не ошибся. Когда все члены совета собрались в капитанской, Неджел заговорщицки улыбался, Келли смотрел в пол, словно там установили обзорный экран, молодёжь — Эмор и Итон — выглядели такими бодрыми и радостными, что хоть святых выноси. Прямо сейчас чего-то да учудят.

Последним бочком протиснулся в дверь главный навигатор «Персефоны» Ивэн Млич. За спиной он прятал огромный букет!

— Стоять! — прорычал внезапно рассвирепевший капитан, уже понимая, что его провели. Что он сам собрал в рубке тех, кто с утра искал повод заявиться к нему с поздравлениями! — Никакого юбилея сегодня не будет!

Ему ответили дружным хоровым:

— Поз-драв-ля-ем!

— Да это не мой юбилей! — взревел капитан.

И тут дверь в рубку вздохнула, распахиваясь, и на пороге появился нарядный начмед, доктор медицины Мирой Эмери. В руках он держал огромную, перевязанную алой лентой, коробку.

Следом стюард вкатил тележку с закусками.

За его спиной толпились пилоты, навигаторы, десантники, техники…

Капитану оставалось выругаться про себя, сделать доброжелательное лицо и принимать поздравления. И, судя по количеству членов экипажа, толпившихся в коридоре, на ближайший час это грозило стать его основным занятием.

Когда спустя полчаса Леон доложил, что прибыл генерал Мерис, капитан выдохнул с облегчением. В коридоре оставалось ещё не меньше двух сотен керпи, желавших прочитать поздравление, выученный загодя стих или молча, краснея от удовольствия, пожать руку.

Не успевшие поздравить рассосались почти мгновенно. Генерал Мерис уже поднимался в лифте.

Капитан вышел ему навстречу, готовый услышать любые неприятные известия, только бы не надоевшее «поздравляю». И увидел, как генерал вышагивает из лифта с огромным букетом белых вонючих кьяснинских гвелий.

* * *

*Рукав Ориона — небольшой спиральный рукав галактики Млечный Путь, в котором находится Солнечная система и Земля. Он расположен между двумя крупными рукавами — Стрельца и Персея. Его же называют иногда Шпорой Ориона, потому что это не основной рукав галактики, а скорее — ответвление или мостик между крупными рукавами.

4. Неожиданная миссия «Персефоны»

Увидев букет в руках генерала Мериса, капитан развернулся на каблуках, шагнул обратно в рубку, поймал за шиворот снующего вокруг столика с закусками стюарда и выволок за дверь.

Дежурный по капитанской сержант Леон предусмотрительно смылся сам. Он был не из самых старичков, но послужил на «Персефоне» достаточно долго. И по лицу капитана понял, что сейчас будет.

Когда генерал вошёл в рубку и мембранная дверь закрылась за ним наглухо, капитан вдохнул поглубже и, если оцензурить, выдал развёрнутый пассаж на тему «и ты, Брут».