– Это место не в твоем вкусе, Ник.

– Не переживай. Как только я выкрашу колоны какой нибудь фальшивой золотой краской, расстелю повсюду побольше красных и черных ковров, повешу на окна красные бархатные шторы, и поклею золотые обои, особняк станет похож на дом.

– Нет, ты не сделаешь этого. – Ник оглянулся через плечо, чтобы посмотреть на неё. Он ничего не ответил, но его глаза сверкали. Цинния подняла руки и развела ладони. – Ну ладно, ладно, ты пошутил. Но нельзя так разыгрывать профессионального дизайнера по интерьеру.

– А я думал, тебе нравится красный. – Его взгляд скользнул вниз по её телу и задержался на полупрозрачном платье цвета зари длиной до лодыжек. – Тебе идёт этот цвет.

Ей стало жарко от его откровенно сексуального взгляда.

– Это мой торговый знак. И для одежды подходит неплохо. Но целый дом, оформленный в красных тонах, будет похож на бордель или на, ну…

– Казино? – предположил он.

– Ну да. А ты совершенно определено сказал мне, что не хочешь, чтобы твоя будущая невеста жила в казино.

– Да, – ответил он. – Не хочу. – Он поставил корзину на пол. – Видишь ли, мне действительно очень необходим дизайнер. Кто то, разбирающийся в нео раннем периоде экспансии. Я хочу провести реконструкцию поместья грамотно. Чтобы получилось как в одном из тех мест, о которых пишут в журнале «Архитектурная синергия». Как тебе идея?

Она оглядела огромную пустую и просторную комнату, в которой они стояли.

– Ты предлагаешь мне настоящую работу?

– Почему нет? – Ник подошел к ряду окон с видом на город. Он повернулся спиной к Циннии и посмотрел на позднее вечернее солнце, стремительно садившееся в воды залива. – Нигде не сказано, что мы не можем продолжить наше сотрудничество после того, как разберемся с этим происшествием с журналом.

– Я подумаю над этим.

– Подумай.

А ведь он говорит серьезно, подумала она.

– Этот дом очень важен для тебя, правда?

– Это моё будущее, – просто сказал он.

– А что с твоим прошлым?

– Моё прошлое – это казино. Я собираюсь его продать.

Это заявление её напугало.

– Зачем?

– Это часть моего плана.

– Твоего плана по покупке респектабельности, надо полагать?

– Я говорил, что стал заниматься азартными играми только потому, что это позволяло хорошо зарабатывать. – Ник обернулся и посмотрел ей в лицо. – Я вкладывал прибыль в разные мероприятия в течение последних трёх лет. Вклады и ценные бумаги. Судоходство западных островов. Казино дало начальный капитал для нескольких новых предприятий, которые теперь успешно развиваются. Всё как обычно.

– И весьма уважаемо.

Его улыбка выражала холодное удовлетворение.

– Именно. Мои дети будут иметь все преимущества респектабельности. Им не придётся жить в окружении слухов и скользких взглядов. Мои дочери никогда не узнают, каково это терпеть унижения от общества. Мои сыновья не узнают, каково это терять возможности лишь потому, что у тебя нет такой семьи, которую общество сочтёт подходящей.

– Ты имеешь в виду, что им не придётся бороться с теми трудностями, с которыми столкнулся ты сам? – мягко спросила она.

Непоколебимая решимость сделала его взгляд жестоким.

– Я обязательно сделаю все для того, чтобы им не пришлось ради успеха проходить через то, что прошел я. У моей семьи будут все преимущества, которые я смогу им обеспечить.

– Понимаю. – Ей вдруг показалось, что в комнате стало прохладно. Она обхватила себя руками. – Расскажи мне, что еще включает в себя твой всеобъемлющий план? Как ты планируешь купить респектабельность?

– Просто.