— А если бы они согласились на ваши условия и остались, неужели вы им даже воды бы не налили? — недоуменно спросил полковник, превратившийся в зрителя.

— Ой, да конечно налила бы и даже накормила, — улыбнулась стюардесса, — жалко что ли? Просто люди хотят и рыбку под грибным соусом съесть и в широких креслицах поваляться. За все годы моей работы ко мне сотни раз приставали с подобными разговорами, но никто из них ни разу не согласился четыре часа попоститься. Я вам больше скажу, когда в экономе закончится обед, эта парочка опять сюда прибежит и скажет: «Теперь мы согласны у вас тут немного поголодать».

— А у вас рыбка приличная?

— А как же! — стюардесса хотела продемонстрировать, что с чувством юмора у нее всё хорошо, — касалетку открываете — она здоровается.

— Век живи — век учись, — присвистнул полковник, — даже не задумывался над возможностью такого глубокого воспитания обитателей морских глубин… Признаться, красавица, вы вдребезги расколотили моё представление о работе бортпроводницы.

— Признаюсь встречно, — не осталась в долгу стюардесса, — вы вдребезги разбили мои шаблоны о военных, продемонстрировав владение сразу тремя языками. В СССР не было кадетских корпусов, да и вообще с иностранными языками дело обстояло печально. Откуда?

— Из жизни, хозяюшка… Из долгой, невесёлой жизни. Хотя вру. Чего-чего, а веселья в ней было предостаточно…

Страсбург. 1998.

Уютный этнографический ресторанчик Le Baeckoffe d'Alsace расположился в старинном здании № 14 на одной из самых живописных улочек Страсбурга в районе «Маленькая Франция» — тrue des Moulins Proche du Pont Saint Martin et Canaux de L'ill. Его легко можно узнать по фасаду, нижняя часть которого расписана красивым растительным орнаментом. Излюбленное место гурманов, желающих приобщиться к франко-немецкой кухонной эклектике. В этот ненастный предновогодний день здесь было тихо и безлюдно. Эльзасцы отходили от рождественских гуляний, дождливая и ветреная погода не благоволила туристам, поэтому занято было всего два столика. У окна, пережидая дождь, расположилась молодёжная компания, заказавшая по скромной тарелочке фуа гра с бокалом гевюрца. Собственно, они были единственным источником шума.

В глубине большого зала с аутентичным интерьером, за большим шестиместным столом вдвоем уютно разместились военные из La Légion étrangère. Им было не до разговоров. Они яростно уничтожали фирменное эльзасское блюдо «baeckoffe», оно же — бикофф, из трех видов мяса — свинины, говядины, баранины, маринованной в белом вине, с гарниром из печёного картофеля, поданного в очень красивых и больших керамических бадейках. Один из легионеров — богатырского роста, с капральскими лычками, шефствовал над своим молодым коллегой, заботливо подкладывая куски побольше и регулярно подливая из кувшина красное домашнее вино.

Вдруг за соседним столиком самая заводная девчушка сперва побелела, потом покраснела и с хрипом свалилась со стула. Молодёжь запаниковала, начала бегать, поднялся шум-гам, стали звать доктора. Выбежал официант, вслед за ним во всём белом — повар, какой-то малый в кожанке. Посмотрели, охнули и стремительно скрылись в служебных помещениях.

— Похоже на анафилактический шок, — меланхолично заметил по-русски капрал, — фуа гра — это вкусная, но опасная и непредсказуемая хрень, особенно для аллергиков…

— И что дальше? — тревожно спросил рядовой, не прекращая жевать.

— Да сейчас скорая приедет, вколет ей адреналинчику с антигистамином и все будет окей, если успеет, конечно.