– А есть там внизу ручьи или реки? – поинтересовалась Окра.

Яне с надеждой ждала ответа. Вдруг туда можно добраться по подземной реке: тогда имеет смысл смастерить плот или лодку и поберечь ноги.

– Речек да ручьев там полно, – тонким голосом сиротки пропищала Метрия. – А что?

Яне и Мела объяснили. Метрия показала, где протекает ближний поток, и где можно найти бревна. Окра, воспользовавшись своей огрской силой, сплела несколько древесных стволов вместе наподобие коврика, так что получился надежный плот. Мало того, она не ободрала с деревьев все ветки, а связала их сверху, так что на плоту получился удобный шалаш.

– Жаль только, еды нет, – промолвила Яне.

– Да, смертные – страшные обжоры, – заметила Метрия.

– Сиротки тоже любят покушать, – строго указала русалка.

– Ну что ж, – откликнулась демонесса. – ‑В реке есть слепая рыба, водяные каштаны, кувшинки с молоком и ириски.

– Отлично, – сказала Мела, свесилась с плота и спустя, несколько мгновений вытащила из воды рыбину. – Она меня даже не увидела, – сказала русалка. – Теперь можно разжечь мокрое полешко и ее приготовить.

Яне с Окрой сумели нарвать каштанов, ирисок и кувшинок. Но едва компания приступила к трапезе, как раздался ужасный рев. Все встрепенулись.

– Это что, водопад? – спросила Мела.

– Нет, всего‑навсего водяной дракон.

– Он опасный?

– Только для смертных.

– Но мы же смертные.

– И правда, а я и забыла. В таком случае вы в опасности.

Они выглянули из шалаша и увидели Впереди зубастую пасть дракона, явно намеревавшегося схрумкать плот.

Окра схватила горящее мокрое полено за негорящий конец и запустила его прямо в драконий зев.

Дракон проглотил полено и несколько удивился. Потом рыгнул. Разумеется, он был не из породы огнедышащих – те воды не любят и по рекам не шастают. Потом дракон хлебнул водицы, и из ушей его повалил пар. Он нырнул и пропал из виду.

– Неужто ему не известно, что настоящее мокрое полено для водного очага водой не затушишь? – спросила Мела. – Я, как и он, водяная жительница, и мне прекрасно известно, что для таких дровишек вода служит топливом.

– Откуда ему знать? – откликнулась Яне, не испытывавшая особой симпатии ко всему драконьему племени. – Наверняка у него нет никакого очага. Но как бы он не вернулся.

– Не вернется, – пропищала сиротка. – Ему потребуется не один день, чтобы переварить это упущение.

– Что?

– У прощение, укрощение…

– Может, угощение?

– Неважно. Важно, что он не вернется.

– Извини, что я загубила твое полешко, – сказала Окра.

– Думаю, обстоятельства тебя оправдывают, – отозвалась Мела, изобразив нечто вроде улыбки. – Ничего, у меня дома другое есть.

– А другие драконы в этой реке водятся? – поинтересовалась Яне.

– Других нет, – жалобно ответила Ойбеда. – Боюсь, нас ожидает скучное путешествие.

– Придется это как‑нибудь пережить, – сухо произнесла русалка.

Весь следующий день (насколько можно было судить о ходе времени при отсутствии луны и солнца) они ели каштаны, сосали ириски и пили молоко из кувшинок. Никто их не тревожил: если в реке и водились другие чудовища, то они, должно быть, уже прослышали, чем на этом плоту угощают.

Наконец Метрия сообщила, что они прибыли на место.