– Ой, да ты голая! – неожиданно воскликнула Гвенни, глядя на нее.

– Нет, она одетая, – удивленно возразил Че.

– Надо же, ты увидела мои мысли!

– А теперь снова одетая, – растерянно проговорила Гвенни. – А что ты там говорила насчет мыслей?

– Я представила себя без очков и подумала, что буду как голая. Это было чем‑то вроде сна, и ты это увидела.

Как и говорил Добрый Волшебник.

– Вот и прекрасно, – сказал Че. – Значит, линзы действуют так, как и должны.

– Но подсматривать за чужими снами.., мне кажется, это не совсем вежливо, – с сомнением вымолвила Гвенни.

Дженни улыбнулась.

– Смотря какой сон.

– А ведь некоторые наверняка видят очень взрослые сны, – сокрушенно покачала головой гоблинша. – Жаль, что здесь нет каких‑нибудь других линз.

– А мне кажется, как раз эти могут оказаться полезными, – задумчиво промолвил Че. – У себя в Горбу ты столкнешься с немалыми трудностями, а если тебе будут открыты сны и помыслы гоблинов…

– Ты сможешь распознавать, когда они говорят правду, а когда врут! – подхватила Дженни.

– Но почему они станут мне врать?

– Думаешь, не станут? Это гоблины‑то? – усмехнулся Че.

– Да, пожалуй, ты прав. В отличие от женщин наши мужчины народ не самый правдивый. Но мне не хочется ни за кем шпионить.

– Слушай, Гвенни, – рассудительно заговорил Че. – Вождь всегда должен быть в курсе всего происходящего.

Сама же знаешь, гоблины вечно строят козни и затевают всякие пакости. Как думаешь, долго ли ты продержишься у власти, если не сможешь распознавать их злоумышления?

– Он прав, – сказала Дженни. – Ты будешь вождем не только у красивых и добродушных женщин, но и у коварных, злобных мужчин. Наверное, обычной гоблинской девочке видеть чужие сны, частенько не слишком красивые, вовсе ни к чему. Но у тебя иная судьба. Тебе это просто необходимо.

– Более того, – принялся убеждать девочку Че, – ты должна освоить эти линзы как следует, чтобы научиться распознавать по снам друзей и врагов.

– А еще, – дополнила Дженни, – тебе не помешает научиться не краснеть, когда будешь видеть взрослые сны.

– Но как можно практиковаться здесь, в Сонном Царстве, когда здесь ничего кроме снов и нет? – спросила Гвенни. – Кстати, каким образом я могла проникнуть в сон Дженни, если сама Дженни здесь? Разве можно видеть сон во сне?

Вопрос поставил всех в тупик, однако Че попытался найти выход.

– Мы – вовсе не сны. Наши тела лежат снаружи, в замке Доброго Волшебника, и мы вполне в состоянии видеть сны через наши тела.

В этом имелся определенный смысл, хотя обе девочки не до конца понимали, где тут сны наяву, где явь во сне, и что, в конце концов, есть что.

– Спой, Дженни, – предложил Че.

Мысль показалась неплохой Дженни запела, представляя себе живописную, радующую глаз местность, вовсе не похожую на унылое кладбище. И у нее получилось Окрестности изменились, воображаемый пейзаж стал реальным.

Рядом с ней появился Сэмми, за ним Че, а там и Гвенни.

Они двинулись по цветущему лугу по направлению к закатному солнцу Рядом, удивленно постукивая костями, вышагивали несколько скелетов.

– Но я не вижу твой сон, а сама в нем нахожусь, – заметила Гвенни.

– И скелеты тоже, – согласился с ней Че. – Похоже, наша Дженни произвела здесь полную смену декораций.

– Видимо, практиковаться по‑настоящему Гвенни придется вне тыквы, – признала Дженни.