– Не понимаю, – сказала Яне.

– Это потому, что ты порядочная девушка. А вот я нет, и поэтому мне все ясно.

– А поможет это заманить мужа? – мечтательно спросила Мела, рассматривая в зеркале свои, выглядевшие несомненно очень заманчиво, ягодицы.

– Может, и помогло бы, но он должен их увидеть. А мужчин сюда не пускают и правильно делают. Попади сюда любой, он бы мигом спятил.

Для следующей примерки Мела избрала полупрозрачные кремовые трусики с пикантными белыми рюшками и премиленькими маленькими змейками.

– Это что такое? – спросила, указывая на них, Окра.

– Подвязки, – ответила Метрия. – Они служат для того, чтобы поддерживать чулки. Змейки закусывают их зубами, и чулки не спадают. Возможно, Горгона тоже пользуется такими подвязками, у нее ведь и на голове змеи. Правда, змеюшек надо подкармливать, а это, боюсь, не совсем удобно.

Найдя последний довод вполне убедительным, Мела сняла трусики со змейками и отправилась за следующими.

Это были оригинальные трусики из облегченной джинсовой ткани, с завлекательной пуговкой сзади. Весьма практичные, но в сравнении с более вычурными фасонами незамысловатые.

Следующими она надела трусики из сине‑зеленой ткани, переливавшейся, как волнующаяся поверхность моря. К глазам русалки подступили слезы: она так соскучилась по соленому океану, что поняла: носить их, как бы ни были они хороши, нельзя. Они будут постоянно напоминать о доме, а возвращаться без принца, зайдя так далеко, просто глупо.

Тем временем Метрия принесла диковиннее трусики, сшитые из листьев капусты и салата укропными нитками. Выглядели они мило, но русалке показались тяжеловатыми.

– Совершенно особенные, – сказала демонесса.

– А что в них такого? – спросила Мела.

– Они съедобные, – пояснила Метрия. – Скажем, заблудишься ты в лесу, где нет ни каштанов, ни пирожковой – сможешь ими подкрепиться. Или подцепишь ты своего молодца, а он проголодается…

– Пожалуй, примерю другие, – решила Мела. Сама по себе мысль Метрии была даже забавной, но вдруг этот голодный молодец окажется слишком пылким и вовремя не остановится?

Несколько вариантов ярких, радужных расцветок были отвергнуты по причине излишней броскости. Меле показалось, что они отвлекут все внимание на себя, оставив ее самое в тени. А ей вовсе не хотелось, чтобы будущий муж женился не на ней, а на ее трусиках.

Потом пришел черед легких, как паутинка, трусиков из шелка цвета Синей Бороды, подернутых мерцающими серебряными нитями с нанизанными на них попарно, кокетливо мерцающими зелеными и золотистыми перидотами. Все бы ничего, но напоминание о Синей Бороде как‑то не радовало.

Были среди предложенных и модели, явно призванные воспламенять воображение. Но они были рассчитаны на мужское воображение, а в отсутствие мужчин просто жглись. Нашлись и призванные пощекотать фантазию трусики из перьев. К сожалению, щекотали они не только фантазию, но и.., другие места. Да так щекотали, что русалка просто зашлась от смеха. А ей вовсе не хотелось, чтобы хохотунчик напал на нее в присутствии принца.

Трусики с прилаженными на самом интересном месте часиками были отвергнуты потому, что она надеялась на счастье со своим избранником, а счастливые, как известно даже в Обыкновении, часов не наблюдают.

Трусики из жимолости, предназначенные, по словам Метрии, для того, чтобы всю жизнь сохранять молодость тех частей тела, которые они прикрывают, Мелу не заинтересовали: если постареет все тело, что толку оставаться молодой в отдельных, пусть и существенных местах.

Вязаные трусики должны были привязывать мужские взгляды намертво, однако Мела не без основания полагала, что мужчине иногда не помешает полюбоваться и чем‑нибудь еще.