Шкет сел, кивая:

– Да, пошли.

Он сполз вниз, как во хмелю, остановился в дверях.

Почему (наблюдая, как спускается Денни) ему она все рассказала про новый дом и про занятия, а мне нет? Почему я не спросил? – ответил он сам себе. Все-таки удалось над этим улыбнуться.

– Пошли. – И Денни повел Шкета за локоть.

На полпути по коридору Шкет цыкнул и локоть убрал. Потянул осторожно; но рука Денни мигом отпрыгнула, в испуге и предчувствии, отчаянно и одичало. Толком на Шкета не глядя, Денни отступил и пропустил его вперед.

– Господи боже! – воскликнул Кошмар, обернувшись с полной тарелкой в руках – сначала взмахнул вилкой, затем подцепил кусок. – Ничё себе сегодня, а? Рехнуться. – Набив рот, он продолжал говорить, роняя крошки. – Мы слыхали, как ты ниггеров прогнал. Эй, – он указал на Леди Дракон, сидевшую под стеной, – слыхали мы, что он с ниггерами этими сделал.

– Да ёпта, – сухо ответствовала Леди Дракон и лишь краем глаза покосилась на Шкета. – Пускай, сука, делает с ниггерами что хочет.

– Я даже не знал, что они в том доме живут, – сказал Шкет.

Леди Дракон сунула в рот еще кусок.

– Ёпта, – повторила она и кончиком ложки порылась в куче еды на тарелке.

– Дайте им пожрать, – крикнул Кошмар в кухню.

– Малыш! – заорала Леди Дракон; плечи у нее затряслись; своих занятий никто не бросил. – Адам! – Слова она швыряла, как гранаты. – Принесите им жратвы!

– На! – Малыш, по-прежнему голый, протолкался сквозь толпу в дверях, выставив перед собой (рискованно) дымящиеся тарелки. – Твое.

Шкет решил не обращать внимания на грязный палец, воткнувшийся в, очевидно, рагу из консервированных овощей (он выудил оттуда захороненную вилку; посыпались кукуруза, горошек, бамия) и (он попробовал) мяса. («Спам»?) Другую тарелку Малыш отдал Денни. Ушел и вернулся с тарелками для помалкивающих Собора, Джека-Потрошителя, Разора.

Саламандр, которому еды пока не досталось, смотрел с дивана – улыбнулся и кивнул, когда Шкет на него глянул.

– Держи. – Адам сунул Саламандру тарелку. Тот взял, отсалютовал Шкету вилкой с погнутыми зубцами, опустил плечи и принялся наворачивать.

Девчонка Денни (стоит выяснить, как ее зовут?) вышла из кухни с кофейной чашкой рагу, подошла и подсела к Денни на пол, очень старательно не глядя на Шкета. Девушка в бушлате, сидя подле Саламандра на диване, то и дело ложкой таскала у него еду; Саламандр ее более или менее не замечал.

– Праздник у вас был? – вскричал Кошмар в ответ на вопрос, которого Шкет не слышал. – А мы в набег ходили! Адам, Малыш, Леди и я! Я так пересрал – думал, всё, капец. Ёпта, да я и до сих пор.

Последним в общем смехе погас отрывистый смешок Леди Дракон.

– Мы были в парке. – Кошмар помахал вилкой над головой; расселись еще какие-то люди. – Малыш, Адам и мы с Леди Дракон. Где старая Погодная башня, знаете?

(Что, подумал Шкет, делал Джордж в медном свете этого полудня? Что делала Джун?)

– Когда началось – в смысле, как началось, мы подумали, что полгорода в огне, но как увидели, чё это… – Кто-то хотел было отпустить замечание, и Кошмар затряс головой. – Не-не, я не знаю, чё это за хуйня. Меня не спрашивайте. Мы, как ее разглядели, полезли смотреть. Да?

Леди Дракон сидела, улыбаясь и качая головой, а заметив, что всеобщее внимание переключилось на нее, закивала; улыбка осталась.

– Мы залезли, посмотрели, всё видели.