Нил приблизился, и ей вдруг нечем стало дышать. Между ними возникло почти осязаемое напряжение. Джэнет увидела, что у него под глазами круги, и неожиданно ей вдруг захотелось протянуть руку и разгладить морщинки у его глаз…

«Вспомни, что случилось однажды! — сказала она себе. — Ты тоже тогда думала, что нужна ему».

В следующее мгновение, к собственному стыду, Джэнет резко повернулась и выбежала из гостиной. Она бежала от него. От обуревавших ее чувств.

6

Нил провел в высшей степени неприятный час с Реджинальдом Кэмпбеллом, который не желал признавать Форбса опекуном и передавать ему расходно-при-ходные книги. Он был пьян и поэтому в воинственном настроении. Лишь когда Нил пригрозил, что попросит Камберленда прислать солдат для наведения порядка, он, ворча, согласился расстаться с книгами.

Когда Нил вышел из кабинета, молодая служанка проводила его в приготовленную ему комнату.

Комната была не роскошная, но чистая, с письменным столом, креслом, большой кроватью и гардеробом. На столе он увидел графин и налил себе портвейну — не очень хорошего, но от него по всему телу разлилось тепло. Затем Нил удобно устроился в кресле и раскрыл большую расходную книгу. Он сам долго занимался финансами в Брэмуре — еще до того, как стал маркизом, — и вел счета очень аккуратно. Уже при первом беглом взгляде ему стало ясно, что дела в Лохэне обстоят скверно. Несколько месяцев не поступало доходов. Арендная плата была явно завышена для здешних неплодородных земель. Между страницами было заложено множество неоплаченных счетов. Придется сделать ревизию для выяснения, что следует продать, иначе для покупки семян денег не будет. Семена или овцы — так стоял вопрос. Но из книг нельзя было понять, сколько в хозяйстве Лохэна овец и домашнего скота.

Просмотрев книги, Нил пришел к бесспорному выводу, что спасти хозяйство можно только за счет его собственных средств. Но как вложить деньги, чтобы Джэнет об этом не узнала? Она же наверняка откажется. Ей и так стоило невероятного труда попросить его о помощи. Ведь Джэнет хотела только одного: чтобы ее назначили опекуншей, а когда опекуном сделали его, она прониклась к нему недоверием. И сейчас одолжить ей деньги — значит окончательно подорвать ее самоуважение.

Какой же он глупец был тогда, годы назад! Как он только мог подумать, что она тут же забудет былое и будет жить припеваючи с кем-нибудь другим? Да, он, конечно, и сам тогда пал духом. Но это можно понять: какая женщина добровольно рискнет выйти замуж за бедняка, да еще с наследственной болезнью? Он хотел сделать как лучше, а вместо этого подло бросил ее и, может быть, подтолкнул к безлюбовному, несчастному браку.

Конечно, в конце концов Джэнет придется принять его финансовую помощь, но чего ей это будет стоить? А он и так в свое время дорого ей обошелся.

Кто-то постучал в дверь. Джэнет?

Нил поспешно открыл дверь. Там стояла с подносом в руках та девушка, которая проводила его в комнату.

— Я принесла вам ужин, милорд.

— А где твоя хозяйка? Она когда-нибудь ужинает?

— Да, но она всегда ест вместе с девочками.

— А ты кто?

— Я Люси, милорд. — И девушка поклонилась.

— Пожалуйста, спроси свою госпожу, не согласится ли она поехать со мной завтра верхом осмотреть владения.

— Да, милорд.

Нил взял поднос и поставил его на стол. Там был жареный цыпленок, отварной картофель, морковное пюре с маслом и фруктовый пирог. Все было очень вкусно, но ел он, ощущая горечь во рту. О, как же чертовски ему надоело всегда есть одному! Всегда быть одному. А он понадеялся было…

Глупо, что понадеялся. Ему надо держаться подальше от графини. Сегодня он едва не свалял дурака — ее темно-голубые глаза снова зажгли в нем страсть.