— Милорд?

— Нужно выехать сегодня же. Можешь взять любую лошадь. Найдешь моего управляющего, его зовут Джок. И вместе с ним вернешься в Лохэн.

Тим нахмурился. Что, если это еще один работник на его место?

— Я хочу тебя здесь оставить, — поспешно сказал маркиз, словно прочитав его мысли. — Ты один из немногих, на кого я могу положиться.

— Взаправду, милорд?

— Взаправду. — Нил снял с пальца кольцо с печаткой — гербом Брэмуров. — У меня сейчас нет при себе денег, но это кольцо обеспечит тебе кредит.

Тим почтительно взял кольцо:

— Вы мне это доверяете?

— Разумеется.

Тим улыбнулся какой-то кривоватой улыбкой, а Нил подумал, что, пожалуй, уже начал понимать, как обращаться с людьми.

— Я вас не подведу, милорд!

— Приходи через час за письмом.

— Ага. Пойду седлать лошадь.

Нил рухнул в кресло. Черт побери, даже такой недолгий разговор ему не по силам. Его уже не лихорадило, но рана болела. Надо немедленно отправляться в Брэмур, но Джэнет никуда не поедет, пока здесь не будет надежного человека, который сможет постоять за Энгуса и других арендаторов. Она вообще может не поехать — если не поймет, что опасность угрожает не только ей самой, но и детям, и прежде всего ее сыну. Ведь в случае его смерти титул перейдет к Реджинальду. А кое-кто здесь явно способен пойти на убийство.

Джэнет очень не понравился его повелительный тон. Как бы маркиз ни был болен, Лохэн он явно прибирает к рукам! Впрочем, в его желании послать вестника в Брэмур нет ничего особенного. Просто сообщает, наверное, что должен еще задержаться.

Вот только ничего не понятно с этим разбойником. Брэмур не очень-то на этот счет разговорчив и как-то не слишком враждебно настроен по отношению к этому Уиллу. А ведь он не из тех, кто легко прощает обиды. Впрочем, это ее не касается. А когда он наконец уедет, она займется осуществлением своих планов. Однако надо теперь уделять больше внимания… подпругам. Хотя и не верится, что кто-то желает ей зла. Просто надо быть очень осторожной. И еще она сообщит Кэмпбеллам, что Брэмур одобряет все ее планы, и она непременно доведет их до конца, что бы ни случилось. Ее никому не удастся напугать!

Джэнет послала Люси отнести Брэмуру письменные принадлежности, а сама пошла к Тиму.

— Мы будем по тебе скучать, — сказала она.

Тим и Кевин стали просто незаменимы за последние несколько недель. Оба были хорошими наездниками и умели обращаться с лошадьми. Но главное — Кевин распределял семена и пищу между арендаторами и рассказывал, как подвигаются дела. Очень помогло ее разрешение охотиться. Они и раньше, конечно, промышляли по мелочи, Джэнет это хорошо понимала, но теперь они могли ходить на крупного зверя, не опасаясь виселицы.

— У меня есть брат. Я попрошу его помогать Кевину, пока меня не будет, — предложил с затаенной надеждой Тим.

— Ну что ж, мы сумеем его использовать как следует, — согласилась Джэнет.

Так много нужно сделать, и так мало работников, на которых можно положиться. Ясно одно: надо трудиться не за страх, а за совесть. Теперь судьба в ее собственных руках, и если цена этому — одиночество, что ж, она согласна платить.

— Послушай, а кузнец… что-нибудь говорил насчет подпруги?

Тим замялся, потом кивнул:

— Он сказал, что ее, наверное, подрезали.

— Наверное или так и есть?

— Он сказал, что поклясться не может.

— Спасибо, Тим. Будь осторожен. Помни…

— Я знаю, маркиз меня предупредил.

— Ну тогда поезжай с богом.