|
Ему сейчас очень непросто, и мы решили отложить встречу до вашего возвращения — об этом просила Джессика, и я её понимаю. По её словам, Ри «очень много сейчас думает», часто уходит один в город, пропадает целыми днями. Один раз пришел поздно, весь перепачканный глиной и землей, и принес с собой огромный букет полевых цветов. Она спросила — откуда? Он ответил — тайна. Джесс думает, что он куда-то ездил, но не знает, куда именно. А я поняла, куда. Мне кажется, что у Джесс больше нет могилы на Терре-ноль. Знаете, родные мои, я не ощущаю почему-то радости, это больше. У меня есть ощущение свершившейся справедливости, словно всё шло кое-как, а потом что-то щелкнуло в пространстве, и всё вдруг стало на свои места. Понимаете? Не могу объяснить иначе. Видимо, это понимание больше меня самой. Странно, правда?..
Снова о хорошем. Приезжали Ромка с Настей. Я не видела их полгода. Боже, как они за эти полгода вымахали!!! Ромка совсем взрослый парень, а Настя превращается в удивительно красивую девушку. Я теперь тревожусь, что Даша так же быстро вырастет. Джесс надо мной смеется, и говорит, что это только чужие дети быстро растут, а свои как раз медленно. А еще мне показалось, что Джесс беременна, но я не стала спрашивать. Ромка и Настя приезжали с Мотыльками, и это были совершенно чудесные два дня. Сейчас, когда вся наша жизнь словно бы срастается заново, мне не хватает всех, в том числе и наших дивных мелких — для меня Брид и Тринадцатый просто неотделимы от Джесс. Они, между прочим, тоже ездили «сдаваться» Томанову, чем были сильно недовольны. Ночевали у нас, сидели мы в результате до двух ночи.
И еще хорошее.
Ребята, у нас есть мебель!!! У нас теперь полно мебели, представляете?! В общем, вот что вышло. В прошлую субботу Кир пошел утром на рынок за творогом. Возвращается не только с творогом, но и с двумя кухонными полками. Отличными полками, не новыми, конечно, но более чем живыми. Откуда, спрашиваю? С помойки! Решили мы спуститься, посмотреть, может, еще что-то вынесут. Что-то? Приходим, а там стол стоит и два прекрасных стула, потертых, но можно же потом перетянуть! Парни хватают стол, а я сажусь на стулья, чтобы никто не уволок до нас. Смотрю — идут двое грузчиков (ага, наших, институтских), и тянут комод. Ребята, спрашиваю, а что это тут делается? А это, говорят, генерал один госпремию хапнул, и меняет мебеля во всей квартире. Ему сегодня новую привозят, а мы старую выносим. Что получше, себе забрали, что похуже — сюда. И много, спрашиваю, там этого «похуже»? Три комнаты.
В общем, с мебелью всё просто отлично. У нас теперь есть два дивана, три кровати, кресла, стол письменный, стол кухонный, стол обеденный, стулья, комод, табуретки, и более чем пристойная кухонная мебель. Мало того, нам еще досталось три ящика посуды. Она разномастная и некомплектная, но при наших обстоятельствах это последнее, о чем мы думали. Фэб на радостях купил новое белье, и теперь мы спим просто в царских условиях.
Это были хорошие новости, дальше пойдут те, что не очень.
Ремонт на то, что вы заработает, нам сделать не получится. К сожалению, на нас повесили долг за квартиру. За все годы отсутствия. Ругалась я там, конечно, еще как, и сумела доказать, что в квартире много лет никто не жил, поэтому они пересчитали на минималку, но даже с учетом минималки сумма астрономическая, и заплатить её надо. Оглашаю астрономическую сумму: 3466 рублей 80 копеек. За двадцать семь лет отсутствия. Это только за большую. И еще почти полторы тысячи за маленькую. Такие вот дела.
Мы потихоньку отдаем. Триста, которые привез Илья (те, что Скрипач заработал в «Полях»), мы уже заплатили, плюс собрали сто. Итого четыреста. Еще четыре с половиной тысячи придется взять из тех, что вы зарабатываете сейчас. Значит, у нас останется полторы, а этого, как вы сами понимаете, на ремонт не хватит. Мы с Фэбом посчитали — за полторы можно будет восстановить пару стен и сменить стекла во всех окнах, но это нам показалось нерациональным. |