|
Значит, у нас останется полторы, а этого, как вы сами понимаете, на ремонт не хватит. Мы с Фэбом посчитали — за полторы можно будет восстановить пару стен и сменить стекла во всех окнах, но это нам показалось нерациональным. Решили, что сделаем одну стену пока что, и два окна. Остальное оставим на приданное для Даши. Очень много всего понадобится. Коляска, потом кроватка, одежда, и всё прочее. Илья обещал помочь с тем, с чем будет возможно, но это на фоне других расходов просто слёзы. Я ездила в Детский Мир, смотрела. Самая дешевая коляска стоит восемьдесят, хорошая — под полторы сотни. На кровати запись за три месяца. На матрасы для этих кроватей — за четыре. Распашонок, штанишек, ползунков, и прочей галантереи нужна просто уйма. Немецкие бутылочки, которые легкие, все очень хвалят, но они воняют каким-то жутким пластиком, а наши, российские, напоминают то ли ракеты, то ли снаряды, и весом, и внешним видом. Без содрогания на них невозможно смотреть. Кроме того, по слухам, они еще и протекают. В общем, я купила ради интереса одну погремушку, и потом ехала домой, гремя этой погремушкой, лежащей в сумке, на весь катер. Привезла и убрала, потому что если ею будет греметь после своего рождения Даша, я за полчаса сойду с ума, настолько противный у этой погремушки звук.
Блин, предупреждать надо! Ребята, я идиотка, и никогда не думала, что дети — это так сложно. Очень прошу не смеяться в этом месте, спасибо заранее. На самом деле всё, конечно, не так плохо, но я почему-то волнуюсь, что из меня не получится хорошая мама. Это может показаться странным и неправильным… я с ней разговариваю очень часто, но совсем не так, как это делают другие женщины — не первый год живу, насмотрелась. У меня не получается умильных интонаций, мне не даются уменьшительно-ласкательные суффиксы, я вообще какая-то дубина, наверное, но я говорю с ней, как с равной, словно она может мне ответить, но почему-то стесняется и пока не отвечает. А еще я очень боюсь. Срок совсем маленький, а я всё равно боюсь. Как это всё будет? Что нас всех ждёт? Справлюсь ли я с ролью мамы, сумею ли стать для неё той, кем должна стать? Фэб беспокоится обо мне, по его мнению я слишком худая, да и последний год был не самым лучшим в моей жизни; он уже два раза возил меня в «Поля», чтобы убедиться, что всё идет как нужно; он очень трогательно переживает, если ему что-то кажется, а кажется ему по пять раз на дню. Ну, не мне вам рассказывать, что такое Фэб. Впрочем, через месяц должно стать полегче. Скоро в Бурденко переведут каких-то новых врачей, и ездить больше не придется. Вот такой сумбур, ребята. Сложный и многоуровневый сумбур. Но я почему-то почти счастлива. А когда вы вернетесь, стану счастлива уже полностью. Я вас обоих целую и обнимаю, и очень люблю.
PS Сейчас Фэб с Киром привезут вашу посылку, и я обязательно съем два персика за ваше здоровье. Так и знайте».
«Привет, мои маленькие! Поскольку срок уже больше двух месяцев, я решил писать сразу двоим. И тебе, Бертик, и тебе, Дашик. Надеюсь, у вас там всё хорошо. Ужасно соскучился, и очень хочется домой, но, к сожалению, нам тут предстоит быть еще долго. Известием про то, что получилось вернуть память Ри, ты нас, конечно, ошеломила. Вопросом множество, но задать их, к сожалению, сейчас не представляется возможным. Сгоряча мы хотели было махнуть в Москву, но Волк не позволил, да и мы на удивление быстро опомнились. Какая Москва, когда такие траты? Ну, Томанов… я не ожидал, думал, что он выделял средства и за жилье всё-таки платили. Хотя, если посмотреть с другой стороны, с какой радости он должен был за что-то платить? Ведь никто не знал, что мы вернемся, в том числе и мы сами. Спасибо на том, что обе квартиры остались нашими. Про погремушку было смешно. Не уверен, что она понадобится, поскольку есть вещи и получше, но раз купила, то пусть будет. |
