Дуон снова хмыкнул.

    - Это все?

    - Пожалуй, все, владыка...

    - Ну, тогда я скажу, - светлейший правитель поднял глаза вверх и принялся навивать на палец тугой локон. - Помните ли вы девицу, смуглянку с черными глазами, что доставили мне из Вендии две луны назад?

    Полководец и советник кивнули; первый - с явным интересом, второй равнодушно.

    - Так вот, в первый раз у меня с ней ничего не получилось, - заявил дуон. - Воистину, необычайное дело! Зато потом... - Он многозначительно усмехнулся и кивнул Тай Па. - Ну, а ты что скажешь?

    - Недавно обмелел канал на северном побережье, - сообщил кхитаец. Дознавальщики мои отправились проверить: то ли ленивые крестьяне виноваты, то ли... - сиквара вдруг усмехнулся, - в том воля Лучезарного. Еще засох десяток пальм на плоскогорье, сильно задержался последний караван из Меру, ну и, пожалуй, все... Да, вот что! Поговаривают, что в селении Бар Калта курица высидела двухголового петушка! Редкий случай!

    - Петушка? - с надеждой встрепенулся Саракка, вспомнив о небесном Петухе, которому грозил палицей Воин. - Повтори еще раз, почтенный, как называется тот поселок?

    - Бар Калта, на восток от города, в половине дня езды на колеснице. Туда я тоже отправил дознавальщиков. Вдруг ведьма завелась...

    - Все? - Дуон поглядел налево и направо, и оба вельможи согласно кивнули.

    - Все, повелитель!

    - Ну, хватит тебе? - теперь глаза дуона с легкой насмешкой уставились на Саракку. - Итак, закат в степи, скисшее вино, обмелевший канал, погибшие пальмы, караван из Меру, двухголовый петух и... гмм... случай с той вендийкой... Всего семь! И я даю тебе семь дней, чтобы разобраться со всеми знамениями, небесными и земными. Справедливо?

    Саракка молча поклонился. И в самом деле, сегодня дуон был чрезвычайно милостив!

    - Ну, а если ты не справишься за семь дней, - закончил светлейший, поднимаясь, - мы подумаем о яме с пауками. Или о чем-нибудь столь же занимательном.

    Он направился к выходу, и трое сановников заторопились следом.

    19. ПОИСКИ

    За шесть дней Саракка исследовал шесть версий, предложенных светлейшим дуоном и его наперсниками. Он трудился, не жалея сил, помня и о яме с пауками, и о тяжких копытах жеребцов; трудился, пытаясь обнаружить намек, позволивший бы разобраться с повелением лучезарного Матраэля. Комета с серпообразным хвостом по-прежнему сияла в небесах Дамаста, каждую ночь напоминая молодому магу, что отпущенный ему срок истекает.

    Вначале Саракка вел свои розыски в Дамасте и за его пределами, на берегах полноводной Накаты, а под конец решил подняться на жаркое засушливое плоскогорье Арим, к плантациям кохта. Его скалистые кручи вздымались к западу от города, обрывистые и неприступные, увенчанные по краю остроконечными пирамидальными утесами. Вероятно, далекие предки дамастинцев поглядывали на эти скалы, воздвигая первые городские зиккураты, но - великий Матраэль! - насколько же они были выше, массивней и прочней всего, что способны сотворить человеческие руки!

    Стоя на колеснице, запряженной парой гнедых жеребцов, Саракка повернулся, окинул взглядом удалявшийся город. Лучи только что взошедшего солнца падали на высокие стены Дамаста, что соединяли в полукольцо двадцать боевых башен-пирамид на правом, южном берегу реки и еще столько же - на левом. Воистину, две половинки каменного браслета, соединенные арками мостов! Они защищали широкие улицы и тесные переулки, дворцы нобилей и скромные лачуги простого люда, торговые площади и скверы, каналы, протянувшиеся от Накаты к прудам и городским водохранилищам, пристани и набережные со складами, постоялыми дворами и домами купцов, огромные зиккураты, гордость Дамаста.