— Я смотрю, тут насыщенная светская жизнь! — восхитилась Свитари. — То визиты гостей, то приглашение на свадьбу…

Она склонила голову набок и капризно надула губки:

— А почему нас не приглашают? Я обожаю вечеринки!

— Я помню, чем обычно заканчиваются вечеринки с твоим участием, — напомнил Нэйв. — Так что извини. Кроме того, пригласили сержанта, как принявшего участие в спасении невесты.

— Мы с Эйнджи, вообще-то, спасли весь город! — напомнила Свитари.

— И в благодарность за этот подвиг ты со своим… — он запнулся, видимо не понимая, как обозначить Блайза, — другом развлеклись в квартале удовольствий. Теперь ваша очередь поскучать на гауптвахте.

— И вы позволите нам сходить? — недоверчиво спросил Чимбик.

Он всё ещё не мог поверить что контрик вот так спокойно выпускает пленников погулять в город.

— Вы же не сбежите без брата и сестры, — чуть улыбнулся Нэйв.

Сержант согласно кивнул, поняв разумность позиции контрика.

— Ну и если примете приглашение, — добавил Нэйв. — Видите ли… Эйнджела, там будет орава зверья. Ты же знаешь тиаматцев…

И виновато развёл руками.

Чимбик ощутил, как Эйнджела напряглась. После посещения гауптвахты саблезубом, она рассказала сержанту о том, как на «Иллюзии» устраивали бои между тиаматскими хищниками, а нередко и скармливали им особо провинившихся рабов. А иногда такое зрелище устраивали по желанию клиентов. Чимбик и сам видел такое во время подготовки захвата станции. Но одно дело — наблюдать со стороны, а другое — быть одним из тех, кто может стать обедом для жуткой твари из мира смерти.

При любых других обстоятельствах сержант ответил бы на приглашение отказом. Зачем бередить старые воспоминания и кошмары Эйнджелы? Но сейчас он искал выход для братьев, и праздник — отличная возможность присмотреться к тиаматцам, завести разговор об отношении к чужакам, желавшим осесть на планете. И ему, всё ещё не слишком хорошо понимающему людей, нужна была помощь эмпата.

— Я бы хотел пойти, — сказал он, глядя на Эйнджелу. — С тобой.

Она удивлённо свела брови, то ли не ожидая от репликанта интереса к человеческому празднику, то ли недоумевая, почему он зовёт её навстречу страху.

Чимбик готов был услышать отказ, но Эйнджела, помедлив, кивнула:

— Если ты хочешь — я пойду.

Сержант молча прижал её к себе, досадуя на собственное косноязычие. Блайз нашёл бы, наверное, подходящие слова, чтобы выразить благодарность, но Чимбик так не умел. Хорошо, что Эйнджеле и не нужны его слова.

— Тогда до утра, — Грэм хлопнул себя по коленям и встал.

— Привет маленькой злюке, — ухмыльнулся Блайз.

Нэйв на короткое мгновение замер, выдержав театральную паузу и с явным наслаждением выдал:

— Заткнись, Блайз.

И вышел под общий хохот. Громче всех ржал сам Блайз.

Планета Идиллия. Город Зелар, комендатура — ПВД тиаматского батальона

Когда Чимбик под руку с Эйнджелой вышел из комендатуры, то сразу увидел Нэйва и его «тень» — лейтенанта Дёмину. Вокруг их ног в погоне за бабочкой крутился вихрь из рыжего в чёрных пятнышках меха, опознанный сержантом как детёныш саблезуба.

— Привет, — Нэйв взмахнул рукой. — Прости, Эйнджела, но мне без него… — капитан показал на резвящегося котёнка, — … нельзя: это мой фамильяр. Но ты не бойся: он совсем котёнок и ласковый очень.

Маленький саблезуб попытался оглянуться на незнакомых людей и тут же полетел кубарем, запутавшись в собственных лапах.