После нейтрализатора кожа Лорэй приобрела привычный цвет, а взгляду Чимбика открылись многочисленные следы недавно заживлённых шрамов. Взглянув на них впервые, сержант испытал настоящее бешенство, и лишь известие, что совершившего это дворнягу настигла мучительная смерть от рук сестёр, успокоило жажду убийства в душе Чимбика.

Но он пообещал себе, что не допустит такого вновь. Никогда.

— Мне и так хорошо, — отказался от предложения сержант.

То, что Эйнджи хотела подарить ему радость и новые ощущения, было приятно. И, наверное, идиллийцы действительно могли подарить «потрясающие» ощущения. Но для Чимбика куда более потрясающим было воспоминание о ноже в горле Шеридана. Сержант предпочитал приводить к такому состоянию любого, кто захочет дотронуться до его Эйнджи.

— Слушай, твой братец, похоже, заразный, — выдвинула предположение Свитари, опасливо отодвигаясь подальше от кресла, занятого Чимбиком. — После встречи с ним Эйнджи тоже начала превращаться в зануду.

— Это всё флюиды сержанта, — авторитетно заявил Блайз. — Они искажают окружающую реальность, загоняя её в рамки Устава. Ещё пара недель и однажды утром в ответ на «Привет, Эйнджи!» я услышу «Заткнись, Блайз!».

— Заткнись, Блайз! — тут же с самым серьёзным видом сказала Эйнджела.

Блайз уронил челюсть и выпучил глаза.

— Ри, мы потеряли твою сестру… — протянул он.

— Я бы сказал, что это ты потерял разум, — улыбнулся Чимбик. — Но невозможно потерять то, чего никогда не было.

Блайз немедленно разразился возмущённой тирадой, но сержант его не слушал, вновь погрузившись в размышления.

Китеж. Китеж был бы идеальным вариантом, но не было никаких гарантий, что правительство планеты примет беглецов из Доминиона. А китежский суровый климат не предусматривал долгого пребывания вне куполов, так что о нелегальном пребывании можно и не думать.

А вот на Эдеме или Акадии такая возможность сохранялась. Пригодные для жизни, малонаселённые миры, полные воздуха, воды и пищи. На том же Эдеме полностью отсутствует контроль за населением, а акадийские власти — насколько успел узнать Чимбик, — за взятку готовы закрыть глаза на что угодно.

Но чем там добывать средства к существованию? Подножный корм? Так себе перспектива — превратиться в дикарей-собирателей. Наняться к местному лорду в охрану?.. Сержант представил, как копия Баттлера будет измываться над кем-то, похожим на Эйнджелу, и почувствовал, что в горле зарождается рычание.

Нет, ни он, ни его братья не пойдут в услужение эдемским работорговцам. Скорее они займутся их отстрелом и грабежами.

Мысль показалась Чимбику неожиданно интересной. А что если попробовать захватить столицу Эдема, Блессед? Для шести сотен репликантов это не проблема — централизованной планетарной армии у эдемцев нет, а городская стража и дружины живущих в городе лордов искусственным солдатам на один зуб. Репликанты их сметут и даже не заметят. Освободить рабов, получив таким образом союзников…

Хороший вариант. Осуществимый. Если бы не одно «но»… Военная база Союза Первых на Эдеме. Даже если начать операцию по захвату планеты с уничтожения базы и застать врасплох расквартированные там войска, Союз не оставит подобное без ответа. Какой бы силой не были репликанты, их слишком мало, чтобы противостоять мощи колоний.

Что остаётся? Жить дикими зверями в сельве Эдема или Акадии? Такой образ жизни годится как временная мера, чтобы переждать опасность и двинуться дальше. Но куда?

Может, на один из немногочисленных нейтральных миров?

Тоже так себе вариант: за редким исключением нейтральными оставались лишь никому не интересные, бедные миры на границах Доминиона, вся привлекательность которых состояла в удобном положение звёздной системы, играющей роль транзитной точки на пути между развитыми мирами.