Но с другой стороны, дракон был прав — простенький лабиринт я ещё мог худо-бедно представить, но что-то действительно сложное было мне не по силам.

— А если так, — пробормотал я, прибегая к поистине смертельному оружию.

«Я календарь переверну…»

Судя по удивленному виду фамильяра Шулера, я встал на верный путь.

«На лабутенах, на…»

«О боже, какой мужчина…»

«Мало половин, мало, мало половин…»

Российская попса, бессмысленная и беспощадная, всплывала из темных уголков моего подсознания и буквально заполняла собой все мое сознание.

«Лада седан — Ба-кла-жан!»

Можно как угодно относиться к отечественной эстраде, но то, что она западает в голову и безостановочно крутится там весь день — это неоспоримый факт.

И на неподготовленного зрителя, точнее слушателя, она производит неизгладимое впечатление.

Человек или примыкает к армии фанатов отечественной эстрады, или в ужасе бежит куда подальше.

Во втором случае не обойтись без противоядия в виде старого-доброго рока или, на худой конец, оркестровой классики.

И я очень надеялся, что неподготовленный мозг дракона капитулирует.

— Какой любопытный мотивчик! — воскликнул Гудха. — Как там? Мало половин мало-мало половин! Какая экспрессия, какая глубина!

Я посмотрел на довольного собой дракончика и сокрушенно покачал головой.

Это и вправду была капитуляция. Окончательная и бесповоротная. Вот только не его, а моя.

Дракон же, в очередной раз прочитав мои мысли, расплылся в покровительственной улыбке.

— Неплохая попытка, — он с усмешкой похвалил меня и с издевкой добавил. — Для человека, разумеется.

Умом я понимал, что это шутка, и что он хочет раскачать меня на эмоции, даже понимал, что здесь, в Темной зоне, он имеет на это право, но…

Но я уже отвык от такого отношения.

Ярость вспыхнула сама собой и, дохнув во все стороны жаром, с клекотом вырвалась из груди.

Моя аура приняла форму феникса, и царящий в коридоре полумрак испуганно отпрянул в стороны.

— Хватит! — пискнул Гудха, прячась за Шулера. — Ты же сейчас сожжешь теневой каркас зоны!

Но я и не подумал слушать дракона и, наоборот, усилил свой нажим.

Моя аура, сила рода и суть феникса переплелись таинственным образом, и за спиной распахнулись огненные крылья, похожие чем-то на страницы раскрытой книги.

— Да всё! — заорал дракон. — Хватит, прошу! Не буду я лезть тебе в голову! Не буду!

Бруно, не понимая, что происходит, и действуя скорей на инстинктах, обнажил клинок и перегородил коридор.

Наверняка его терзали мучительные сомнения, почему голос идет со стороны Шулера, и что вообще происходит, но ни на секунду не позволил своим эмоциям перехватить контроль.

— Михаил, он прав! — Шулер прикрылся рукой от отблеска пламени и шагнул назад. — Ну же!

Я выждал ещё несколько секунд и усилием воли свернул свои… крылья.

На голове мрачно полыхала диадема, за спиной трепетали огненные крылья, а в руку так и просился клинок.

Нет, у меня был зачарованный меч Эслава, но… это было не то.

— Начнем сначала? — предложил я, загоняя проявившийся свет вовнутрь себя.

— С превеликим удовольствием, — тут же отозвался дракончик.

Он с опаской выглянул из-за Шулера, с грустью осмотрел опаленный коридор и недовольно продолжил.

— Меня зовут Гудха, и я местный… наблюдатель.

— Наблюдатель? — усмехнулся я и тут же нахмурился. — Впрочем, как скажешь. Мы здесь за другим.

— Золотой пьедестал, я знаю, — кивнул дракон.