В следующий миг серые нити "дяди" обвились вокруг текучего силуэта, образовали странный узор – и остановили вращение живого вихря. Хриплый стон ударил ушам и заставил затрепетать листву на деревьях.

– Не зевай! – Родич в три прыжка оказался у скованного демона, и ударил собственным сургом, преобразованным в меч. Ажурное лезвие истекало лиловыми огнями.

Тварь взревела и бешено задёргалась. Серые нити рвались одна за другой.

Рыцарь Тьмы отстал лишь на секунду, но к ударам его собственного меча демон отнёсся с обидным равнодушием. Чёрная текучая плоть походила на смолу, лезвие сурга входило с трудом, и похоже, ничуть не беспокоило тварь.

– Назад! – Последние нити разорвались, и тварь закружилась в своей обычной манере. Димка отпрыгнул вслед за "дядей", невольно встряхивая онемевшей от ударов рукой. Как будто бетонную стену пытался пробить. – Тенями, отвлекай!

Крабы послушно трансформировались в чужих, и поспешили в бой. Плоские тени родича разлетались в клочья, не успевая выстроиться и устроить хоровод. И тем неожиданнее был вопль твари, укушенной одним из теневых чудовищ. Живой вихрь обрушился на монстра, и разорвал его, но в то же время второй чужой подобрался сбоку и тоже пустил в ход зубы, вырвав очередной вопль из врага.

– Хорошо! Ещё! – "Дядя" спешно рисовал прямо в воздухе перед собой какую то фиолетовую конструкцию. Рыцарь Тьмы послушно призвал новых крабов.

Как ни странно, Металлург тоже не остался в стороне. Правда, металлические сети и лезвия проходили через призрачный вихрь без всякого вреда. Но стальной человек, не растерявшись, принялся обстреливать демона блестящими шариками, взрывающимися внутри твари, но обстрел больше раздражал противника, чем ранил.

Демон выбросил нечто вроде щупалец, представляющих собой всё ту же крутящуюся Тьму, и бойцам пришлось спешно менять позиции, уходя от необычных конечностей твари.

Со злобным рычанием на одном из щупалец повис чёрный зверь, в ярости даже забывший о ненавистном свете. Демон пытался стряхнуть хищника, разбивая им деревья и изо всех сил колотя о землю. Другое щупальце распалось фиолетовой копотью, перехватив боевое заклинание "дяди".

Дмитрий обнаружил, что щупальца куда лучше поддаются лезвию сурга, чем основное туловище демона, и с упоением пластал конечности твари на ленточки, не глядя по сторонам.

– Ветер, осторожно!

Предупреждение запоздало. Целый лес тонких чёрных жгутиков вдруг взметнулся вокруг парня, и захлестнул его. Лезвие сурга взметнулось навстречу, перерубило пару жгутов, но уже третий не осилило. Да какой же это ветер?! Та пакость, которую именовали сопряжённым со Тьмой ветром, оказалась вполне материальной. Похоже, Цьяхимлетонг, адаптируя захваченную Силу, просто преобразовывал её в своеобразный аспект Тьмы, имеющий некоторые свойства изначальной Силы!

Лезвие сурга изгибалось, с усилием рубя опутавшую хозяина ловушку, но жгутам, обвившимся вокруг рук, ног, торса, шеи не было числа. Они всё сильнее сдавливали пленника, как будто собираясь выжать его, как тряпку, да и вес чёрных пут оказался на удивление внушительным. Дмитрий изнемогал под навалившейся тяжестью, под подошвами, кажется, обычная лесная земля раздалась и поплыла, как болото…

Последний рваный вдох – и шею пережало. Землянин рвался изо всех сил, уже начиная чувствовать удушье. Рядом вспыхивали лиловые отблески сурга "дяди", мелькал блестящий металл, пытающийся рассечь неподатливые жгуты, хрипел от бешенства чёрный зверь, бессильно грызущий плети неправильного ветра.

Да что ему нужно, этому демону? Почему не нападает? Не пытается подтащить к себе? Сурга опасается? Не смешите болотные ласты! Или… собирается просто задушить? Как глупо и примитивно!

Перед глазами уже замелькали красные круги, пережатые жгутами конечности и шея, похоже, готовы были оторваться в любой момент.