|
Руну, Мару и Дону носило где-то ровно сутки, во дворец возвратились с гирляндами цветов на шее, мордашки размалеваны. Вайг так набрался, что весь третий день провалялся в бесчувствии, а наутро очнулся с головной болью - такой, что думал, не выживет. Сам Найл в гуляньях не участвовал; все три дня он провел считай взаперти с Советом Свободных Людей, работая над новым трудовым распорядком, который заменил бы принудительный труд. Поначалу, казалось, все достаточно легко: люди теперь свободны, и каждый может заниматься всем, чем хочет. Но тут кто-то верно подметил, что при эдаком раскладе никто не захочет выбрать себе черную работу: чистить канализацию, вывозить мусор. Так что, в конце концов, сообща решили: на данный момент все существующие должности сохранить, и за любое нарушение - под суд. Правда, приняли единогласное решение: на работу люди являются сами, никак не строем под надзором бойцовых пауков, и не под командой служительниц. Едва разобрались с этим - пошла дискуссия, как быть с рабами: считать их также свободными и позволять жить, где им вздумается? Ведь не их, в конечном итоге, вина, что они выродки. Но все-таки решили, что им и так хорошо; пусть живут, где жили, и не надо вносить сумятицу, предлагая вольный выбор работ. Разницу внесли только в формулировку: отныне они не рабы, а "неголосующие жители". Что касается других вопросов - статуса служительниц, права свободного перемещения, системы общественного транспорта - все решили оставить на своих местах. Правда, было одно принципиально новое решение: мужчинам и женщинам позволяется жить вместе, обзаводиться хозяйством, а детские интернаты упраздняются. Когда Найл поделился решениями с Дравигом, главный советник с явным облегчением поздравил Найла с такой взвешенностью и умеренностью в подходе. Начальником личной охраны Найлу назначили статную темноволосую девушку по имени Нефтис. Наутро после ночного карнавала она разбудила Найла сообщить, что почти никто не явился на работу. Выходя разобраться, в чем дело, Найл едва не запнулся о пьяного, забывшегося прямо под порогом; на улице обнаружил еще с полдесятка, вповалку лежащих в сточных канавах. Нефтис же велел объявить: сегодняшний день считается выходным, но только чтобы завтра все вышли на работу. Следующим утром на работу явилась в лучшем случае четверть. Найл снова велел Неф-тис объявить этот день выходным, предупредив однако, что тот, кто не явится на работу завтра, будет наказан. Когда же на следующее утро на работу явилось лишь около трети, Найл пошел советоваться к Дравигу; не прошло и часа, как не проспавшийся толком люд уже шагал строем под надзором бойцовых пауков и щелкающих бичами надсмотрщиц. Прогулы прекратились: бойцы и служительницы опять взялись за дело. Как ни странно, сами слуги, очевидно, были вполне довольны, что все пошло по-старому. Однако дальше в тот же день перед Найлом возникла дилемма куда серьезней. |
