|
Держа ведро на весу, Найл взобрался по берегу вверх - теперь церемониться с цветами было некогда - и подобрал жнец. Тоже, ума палата: так вот взять и оставить оружие без присмотра. Хотя чего уж теперь, стрелять вслед убегающему существу Найл все равно бы не стал. Балансируя со жнецом в одной руке и с ведром в другой, он осторожно спустился обратно к воде. Симеон, помесив грязь пальцами, одобрительно хмыкнул. Он отер дочиста одну из ран помельче, затем проворно налепил на нее вязкую пригоршню. Подождав с полминуты и убедившись, что кровь не сочится, он облегченно вздохнул и начал смещать пропитавшиеся кровью повязки. Пока он это делал, возвратился Манефон, неся с собой полное ведро листьев. У каждого на середине имелась черная выпуклость, действительно напоминающая виноградинку. Когда Симеон расковырял одну из них большим пальцем, в воздухе запахло специфическим запахом лекарства. С помощью Манефона и Доггинза Симеон очищал раны, выдавливая на каждую сок листа сувы, и тотчас нашлепывал сверху пригоршню темно-коричневой грязи. Не прошло и десяти минут, как Милон был уже покрыт с головы до ног. Однако дышал он ровно, и румянец возвратился на щеки. Найл дождался, пока закончится процедура, и лишь тогда рассказал о встрече на берегу. Симеон укоризненно покачал головой. - Я слыхал о таких тварях, но видеть никогда не видел. - Они, судя по всему, совершенно безвредны, - сказал Найл. - Эта умчалась сразу, едва я потянулся за оружием. - Безвредных ты в Дельте не сыщешь, - знающе заметил Симеон. - Они не могут себе этого позволить. Судя по положению солнца на небе, перевалило уже за полдень. Оставалось каких-нибудь семь часов дневного света. - Вы как думаете, стоит мастерить носилки для Милона? - задал вопрос Манефон. Догтинз повернулся к Симеону: - Ты здесь самый бывалый. Что, по-твоему, нам следует предпринять? Симеон пожал плечами. - Вам троим, думаю, надо идти дальше. Я останусь здесь с Мидоном. - Ты считаешь, все обойдется? - Почему бы нет? Со жнецом я защищен надежнее любой твари в Дельте, - он угрюмо усмехнулся. Доггинз поглядел сначала на Найла, затем на Манефона. Слова были излишни, все великолепно понимали друг друга. Дальнейший путь без Симеона станет куда более опасным. Да и самому Симеону с раненым на руках грядущая ночь не сулит ничего приятного. Вместе с тем иного выхода, кроме как бросить все и повернуть вспять, не было. Что-то в душе восставало против такой мысли; чувствовалось, что и остальные тоже заодно. - Ладно, - сказал, наконец, Доггинз. Он нагнулся и начал упаковывать мешок. Найл с Мане-фоном последовали его примеру. - Еще раз напоминаю, - наказал Симеон, - самое пагубное в Дельте - ослабить внимание. Поэтому прошу вас, будьте постоянно бдительны. - И ты тоже, - Доггинз положил руку на плечо Симеону и постоял так несколько секунд. - Если все будет как надо, возвратимся завтра. Если в течение двух суток не появимся, начинайте выбираться обратно. |
