|
- Да, палуба потерпит. Пусть они подышат вонью друг дружки, глядишь, скоро охрипнут, выпрашивая работу. Эта "утонченная" шутка была встречена одобрительным смехом разбредающихся по своим местам матросов. Пиратский корабль повернул к западу, и шлюп послушно поплыл в его кильватере. Джон-Том, когда его заталкивали в трюм, впервые посмотрел на гребцов. Почти всем им одеждой служила собственная шерсть. Кого здесь только не было - от людей до грызунов. Но всех роднила одна черта: крайняя степень физической и умственной дегенерации. "Вот где мы найдем свой конец, - устало подумал он, - на веслах. Если только не найдем способа удрать отсюда". В тот момент врата рая казались молодому человеку близкими как никогда. Если бы только удалось заполучить дуару... Пускай его чаропение непредсказуемо, пускай он не умеет толком выбирать подходящие к случаю песни, в одном он уверен: кое-какой магией он обладает. И первая попытка к бегству может стать последней, в этом юноша тоже не сомневался. Корробок далеко не олух, и второй возможности попрактиковаться в колдовстве ему не предоставит. Розарык вдруг резко выпрямилась и бросила взгляд через плечо, на лапу, протянутую к ее крестцу. Первый помощник осклабился. - Котеночек, еще хаз дотхонешься до меня - и я сыгхаю мотивчик на твоих костях. - Полегче, каланча, - ухмыльнулся леопард. - Знаю, дай тебе шанс, и ты свою угрозу исполнишь. Но не получишь ты шанса, не надейся. Учти, детка, в долгом походе тебе будет куда легче, ежели ты обуздаешь норов и перестанешь глядеть букой на бедного Сашима. А коли нет, так на нашей лоханке цепей навалом. Может, сердце у тебя и железное, зато все остальное - мясо и кости. Хотя мясцо отменное. Подумай, голубка. Корробок подарит тебя мне, если я как следует попрошу. Тигрица обожгла его взглядом. - Я не гожусь в подахки, захуби это себе на носу. Сашим пожал плечами. - Годишься, не годишься - какая разница? Я положил на тебя глаз, и ты будешь моей. Лучше сразу свыкнись с этой мыслью. Пленников заперли в зарешеченном кубрике. На прощание Сашим одарил тигрицу похабной улыбкой и вслед за своими дружками поднялся по трапу. Розарык устало села, выпуская и пряча огромные когти. - Змея мохнатая! Если бы я могла добхаться до его... - Не сейчас, Розарык, - предостерег Джон-Том. - Мы должны подождать. Они еще не знают, что я чаропевец. Если бы только мне вернули дуару, позволили сыграть и спеть, у нас появился бы шанс. - Какой шанс, кореш? - В углу деморализованный Мадж сполз по переборке. - Шанс затащить сюда, как Розарык, какую-нибудь несчастную танцовщицу? Осыпать эту клепаную лохань цветами? - Я что-нибудь придумаю, - сердито пообещал Джон-Том. - Вот увидишь. - Как же, босс, увижу! Держи карман! - Выдр перевернулся на бок, словно не заметив, что пол кубрика покрыт гнилой соломой, потемневшей от мочи прежних узников. - Что ты делаешь? - Собираюсь покемарить. - Неужели ты сможешь уснуть? - Сумею, потому что устал. - Выдр хмуро посмотрел на Джон-Тома. - Устал драться. Устал бояться. А пуще всего устал слушать, какой ты великолепный чаропевец. Если сумеешь выколдовать нас из этого гадючника и перенести поближе к цивилизации, разбуди. |
