Она побледнела. Я понял, что хватил через край. Или сказал то, что надо? Не знаю.

– Мама, послушай. – Я предпринял последнюю попытку. – Ты не одна. Но и этот жук тебе не нужен. На свете так много хороших людей. Ты же у меня сокровище. Ты не должна ценить себя так низко и платить этому типчику за любовь. Послушай, армия имеет в своем распоряжении лучшую компьютерную сеть в мире. Мне, наверное, даже удастся привлечь юристов из Спец‑сил. Мы получим твои деньги обратно. А если нет – покончим с этим жуликом раз и навсегда. Только, пожалуйста, перешагни через него. Ты заслуживаешь лучшей участи.

На какой‑то краткий миг мне показалось, что она меня услышала, – а потом между нами снова выросла стена.

– Кто ты такой, чтобы решать, как мне жить?

– Я мог бы сказать тебе то же самое.

– Ты дитя, Джим, и ничего пока не понимаешь, но когда‑нибудь поймешь и будешь благодарен мне.

– Только не за это. Это – предательство. Ты решила, что он для тебя важнее, чем я. Решила, что никогда больше не будешь одинокой. Ты отчаялась, если готова даже продать своих детей. Неудивительно, что Мэгги бежит в Австралию. Теперь мне все ясно.

– Как ты смеешь разговаривать в таком тоне?

– Да он же бросит тебя, мама. Когда кончатся деньги, от него и следа не останется. Что ты будешь делать тогда? Одна как перст. Боже, надеюсь, тогда у меня хватит сил простить тебя, потому что сейчас их нет. – Я встал и швырнул салфетку на стол. – Спасибо за угощение. Сыт по горло.

– Джеймс, если ты сейчас уйдешь…

– Валяй, делай, что обещала. Я пошел прочь.

По пути к автомобильной стоянке я ругался как сапожник. Но не на нее. На себя. Потому что теперь не только она осталась в одиночестве. Я тоже потерял мать.

В. Чем хторранин отличается от адвоката?

О. У хторранина еще осталась капля совести.

В. Почему хторране не жрут адвокатов?

О. Душа не принимает.

ДЕТИЩЕ КУПЕРА

Понятие «слишком много денег» существует.

Соломон Краткий

С мамочкой надо было срочно что‑то делать.

Точнее, надо было срочно что‑то делать с деньгами.

В худшем случае она могла ограничить меня в правах. Но куда запрятать денежки, прежде чем это произойдет? Вероятно, туда, откуда я мог бы их взять, а она нет.

А что, интересная мысль!

Мамуля допустила серьезную ошибку. По‑видимому, она не сразу сообразила – да и мне было невдомек, – что все ее бумаги не имеют силы, пока я не извещен официально, пока не зарегистрировано мое обращение к компьютерной почтовой сети…

Сколько я могу с этим тянуть? Ведь это лишь отсрочка. Даже если я откажусь подтвердить получение почты, бумаги автоматически через семь суток получат ход.

– Вот дерьмо, – выругался я в растерянности. – Верно говорят, что «твою мать» армейские компьютеры вводят самопроизвольно.

И вдруг до меня дошла соль старой солдатской шутки, вернее, ее подтекст. Моя мать не имеет доступа к армейским базам данных, а я имею.

Вот он, выход!

Пару недель назад я получил извещение от Союза служащих Специальных Сил – нашего профсоюза. Там рекламировалась какая‑то Центральная служба финансовых услуг. Они разработали искусственный интеллект для новой 99‑й модели с оптическими ганглиями, образующими семимерную сеть. Более защищенной системы не существовало. В примечании указывалось, что «система пока недоступна для обычных пользователей», и я, помнится, усомнился в этом.

Гм‑м…

Вернувшись к себе, я первым делом подключился к компьютерной сети Спецсил.