-Ты разговариваешь... как человек.

-Нет, - овчарка встряхнула головой, - это ты говоришь как собака.

-Но я... - сказал Алексей Сергеевич, - постой, я...

Альма сидела на черно-бело-золотистой траве и улыбалась. Красноцветов не мог понять, откуда он это знает, ведь морда животного была совершенно неподвижна, пока не сообразил, что улыбается цветная Альмова вуаль.

Разгадка пришла неожиданно.

-"Да это же запахи" - воскликнул про себя Красноцветов, - "Вот как они выглядят".

И переступил мохнатыми когтистыми лапами - они-то как раз отвращения не вызывали - мощные, созданные для быстрого бега.

-Но почему? - спросил он Альму.

-Может быть, ты подсознательно хотел этого? Ведь не зря же ты стал собачником. Помнишь, все цитировал про то, что чем больше узнаешь людей, тем больше любишь собак? Вот и воплотилась твоя потаенная мечта, вот ты и оказался здесь.

-Но как это случилось, и где это здесь?

-Об этом тебе лучше спросить Дзена - сказала Альма и снова улыбнулась по собачьи (он теперь понял, каким нелепыми и уродливыми кажутся попытки собак подражать человеческой улыбке с помощью мимических мышц, улыбаться запахами у них получалось куда изящней), - он у нас главных по метафизике. А здесь... это значит здесь, у нас, в Мире собак.

-Мир собак... - выговорил Красноцветов потрясенно.

Он глянул на небо - оно должно быть голубое, но сейчас было серебристое, неживое, почти полностью утеряло свою глубину. В трех или четырех местах мертвый блеск прерывали оранжево-красные шлейфы. Алексей решил, что видит самолеты, но ведь это запахи, а значит все проще - это птицы. Яркий красный запах бешенного птичьего метаболизма.

-Не вздумай отрубаться! - строго сказал Альма, - быть собакой совсем не плохо.

-Я и не говорил, что плохо, - сказал Красноцветов, - А где Дзен?

-Ты разве не чувствуешь?

Он чувствовал - ощущения потихоньку вставали на свои места - первичная дезориентация проходила.

Красноцветов обернулся, и действительно увидел остальных.

Тут были все - кривоногая и лупоглазая Дося, безумный Чак, смотрящий с высокомерием, элегантная Лайма-Джус в облаке фиолетовой пахучей шерсти, и Дзен - который, как сразу понял Красноцветов, был вожаком. Чау-чау поглядывал снисходительно и дружелюбно. Алексей Сергеевич ощутил, что животных стало куда легче различать. Словно они вдруг обрели скрытую доселе индивидуальность. Да так оно и было - воспринимая запахи, Красноцветов уже не за что бы ни спутал того же Дзена с другим чау-чау. Дзен был настоящим мыслителем, это сразу бросалось в глаза. Красноцветов почувствовал невольное уважение к этой импозантной, рыжеволосой фигуре.

Ему не показалось это странным - мозговые ресурсы, отвечающие за сравнения тоже перестраивались. Мир собак с каждой секундой становился все понятней.

-Я вижу все здесь, - сказал Дзен низким представительным баритоном. Собаки засуетились, кое-кто стал преданно заглядывать в глаза вожаку, - И даже наш спутник тоже - он кивнул в сторону Красноцветова, - в таком случае, я рад объявить, что наш поход продолжается.

-Да! - крикнул Чак, - Да! Вперед! Рвать глотки ненавистным палачам, да!

-И это тоже, Чак, - сказал Дзен, - но всему свое время. Сейчас нас шестеро - не слишком хорошее число, но мы больше никого не смогли переманить на нашу сторону. Все слишком бояться Мясника. И не напрасно. Но, нам обещали всяческую поддержку, питание и снаряжение.

-Было бы неплохо получить часть питания прямо сейчас, - сказал Дося ворчливо.

-Извини. Как я уже сказал всему свое время.

-Надо рвать им глотки и питаться кровью. Пусть знают, что не один Мясник может пить кровь! - крикнул Чак.

На этот раз животные заволновались, Лайма низко тявкнула, выражая согласие. Красноцветов вдруг заметил, что собаки выглядят плохо - они худые, их шерсть свисает грязными космами, а на боках слиплась от крови.